Андрей Боловин: Я до конца жизни буду бесконечно всем благодарен… (+видео)

За судьбой Андрея Боловина, воронежского охранника, попавшего, выражаясь простым русским языком, в очень и очень серьезный переплёт, вы, наши читатели, следили с февраля этого года. Между тем, началась она в ночь с 30 ноября на 1 декабря 2014 года. И кто, и что только не писал о ней… Многие из вас принимали непосредственное участие в судьбе Андрея, для тех же, кто не знает, как всё было и чем всё закончилось, расскажет сам Андрей, с которым мы встретились в Воронеже.

bolovin_andrey

Небольшое отступление

Андрей Боловин – сотрудник группы быстрого реагирования охранного предприятия «Секач», в котором он работает вот уже 7 лет. С 1986 по 1988 год отслужил срочную в Афганистане, имеет государственные награды. Окончил сельскохозяйственный институт, был главным зоотехником, инженером по животным в одном из хозяйств Воронежской области. Затем работал участковым уполномоченным в Аннинском районе Воронежской области. Ещё до армии стал мастером конного спорта по конкуру.

Честно признаюсь, на фотографиях, которые я находила в Интернете, Андрей казался мне очень угрюмым, необщительным, форменным букой. Но внешность обманчива. При личной встрече оказалось, что это очень добрый, улыбчивый и скромный человек. У меня даже сразу родилась ассоциация – олимпийский мишка, вы, конечно же, помните символ Олимпиады 1980 года? Ну, вот Андрей именно такой. И пришло время услышать его историю, конец которой, благодаря многим из вас, оказался счастливым.

bolovin_andrey_1

Как всё было

— Андрей, много чего было понаписано о Вас, но хотелось бы услышать подлинную версию событий.

— В тот день, несмотря на то, что у меня была рука в гипсе, травма, впрочем, не особо тяжёлая, трещина, но гипс был, я вышел на работу. Не хотел терять смену. Как всегда, мы находились на своей базе, и, где-то около полуночи, на нашем объекте, кафе «Госпожа удача», сработала тревожная кнопка. Сообщили, что там пьяный дебош. Мы приехали, уложились в отведенное для прибытия на объект время, и увидели, что там компания молодых людей, скажем так, неадекватно себя ведет, пристает к посетителям, пинает стулья, столы, бьет посуду, выражается нецензурно, издает невнятные крики, нечеловеческие уже, честно сказать. Мы попытались этих молодых людей вывести, поднялись на второй этаж в кафе, а на первом оставался охранник, Семеняченко Сергей. Он предложил человеку, который побил посуду, возместить ущерб, а его в ответ начали бить. Бить – в прямом смысле слова, там не просто потасовка была, били ногами, руками и тащили его к выходу. Мы с напарником быстро спустились со второго этажа, к тому моменту там уже была администратор кафе, и ей тоже они угрожали расправой, обзывали по всякому… Мы попытались удалить дебоширов в фойе кафе, они же напали уже на нас.

Мы сначала не применяли никакую физическую силу к ним, они же хватались за барную стойку, кидались чем-то в бармена, там их, из всей большой компании, которой они гуляли в кафе, оставалось 4-5 человека, самых «буянистых», остальные потихонечку разошлись. Мы уговорами пытались их урезонить, а они не успокаивались. Свое неудовольствие мотивировали тем, что еда была невкусная. Мы им говорим: «Ребят, приходите завтра, жалуйтесь, и, разбирайтесь с администрацией». А они молчком начали набрасываться на моего напарника, который, кстати, раза в два крупнее меня, втроем, это есть на видеозаписи, при этом несколько раз обращали внимание на мое служебное табельное оружие, которое находилось у меня, говорили мне, что отберут. Это был ПКСК (9-мм портативный короткоствольный служебный карабин — прим.ред), они, видно, думали, что это пневматическое оружие, не боевое, хватались за него, за ремень, мне, с рукой в гипсе, конечно, неудобно было их удерживать…

Потом, на судебном процессе, меня несколько раз и судья, и обвинитель спрашивали: «Вы, вроде, крепкие здоровые ребята, неужели не могли утихомирить пьяных дебоширов?» Но они были на таком взводе, что мы действительно не могли. Они по нескольку раз падали, им этого было недостаточно, ну и тогда, когда уже никаких возможностей не было успокоить их словесно, когда в очередной раз один из них, тот, который потом подал на меня в суд, кинулся на моего напарника, я остановил его ударом ноги в область колена. В этот момент его развернуло ко мне, он зацепился, схватил меня за оружие опять. Он мне постоянно угрожал, что вырвет оружие, обещал всех перестрелять, администратора, в первую очередь, это было подтверждено неоднократно свидетельскими показаниями… Я резко начал здоровой левой рукой тянуть ПКСК на себя, испугавшись, что ему удастся его вырвать, и тут он в очередной раз упал. Рядом стояла скамья и металлическая урна, с очень острыми краями, она, кстати, потом была в крови… Когда приехала оперативно-следственная группа, которую я, кстати, сам вызвал, я обращал на этот момент внимание, показывал, что урна в крови, да и не только урна…

Потерпевшего забрали по скорой. До этого я несколько раз всматривался в его лицо, которое, кстати, и до последнего падения уже все было в крови, он часто падал, очень пьяный был. Потом «свидетели», люди, которых и близко там не было, говорили, что у него глаз висел на нитке, но я не видел этого. Этого просто не было.

Да, забыл сказать, когда я выводил этих ребят, в дверях оказалось два человека, вот кто-то из них, хулиганов, мне крепко врезал по зубам. Администратор мне сказала, что на губах кровь, я вытер, да и всё… Зуб шатался, а через полгода вывалился…

Когда приехала оперативно-следственная группа, я положил им на стол свой ПКСК, у нас сейчас такая аппаратура, что если бы на нем была кровь, даже, если бы я попытался ее замыть, это все равно было бы видно. Я показал им свою руку в гипсе. Мне и впоследствии говорили, что на видео видно, что у меня рука на замахе, что я, якобы, ударил потерпевшего загипсованной рукой, но тогда бы на гипсе осталась кровь, её ничем не удалишь, это надо было бы снимать и выкидывать гипс, а я в нём проходил ешё полторы недели после этого случая. Кстати, я спрашивал, нужен ли мой, уже снятый, гипс для экспертизы. Мне отвечали, что нет, и только после того, как я его снял и оставил в поликлинике, он сразу же странным образом понадобился.

bolovin_andrey_2

— А что было после того, как потерпевший поступил в больницу?

— Ещё до того приехала «группа поддержки». Один товарищ кавказской национальности достал пачку денег, тряс ими, показывая на нас, говорил: «Ты будешь 5 лет сидеть, ты – 10», словом, всем сроки определил… И это при том, что в кафе уже была полиция, но и она не смогла их утихомирить. А нами — мной, моим напарником, охранником кафе и администратором, было написано 4 заявления. Но их к делу не приобщили, они просто исчезли….

Мы очень беспокоились. Все привыкли считать, что мы «тупые ГБРовцы — охранники», но это же совсем не так. Мы тоже люди. Мы звонили в больницу, и администратор звонила тоже, и я, и начальник следственной группы, а в больнице нам сказали: «Да хватит вам панику поднимать, его домой отпустили»…

На следующий день, к вечеру, он обратился в областную больницу, что на девятом километре московской трассы, его оттуда направили в глазную и, где-то через двое суток, сделали операцию на сетчатке, а потом уже после этого удалили глаз. То есть, совершенно очевидно, что глаз выбит не был. А где этот человек сутки был, история умалчивает. Говорят, он уехал лечиться в деревню куда-то. Есть там бумажка, тетрадный листок, где написано, якобы, заключение, что он проходил лечение сколько-то дней и всё.

Я всё равно успокоиться не мог, к начальству своему ходил, выспрашивал, как и что. Все меня успокаивали. У нас есть директор по разрешительной системе, который заведует оружием, он в этот Железнодорожный отдел (Железнодорожный отдел внутренних дел г. Воронежа – прим.ред) часто ездит, общается, я его спрашивал: «Сергей Анатольевич, как там, что?». В то же время, вижу, что дни идут, всё тихо. Проходит две недели, три, тишина….. А потом, как гром в ясный день, 111 статья УК РФ «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью», часть 2, пункт «з» «с применением оружия…». Наказывается лишением свободы на срок до 10 лет!

— Вам пришла повестка?

— Просто вызвали в отдел. Сразу сказали, что обвиняют по 111 статье. Мне в разговоре объяснили, что мне, в принципе, ничего не будет. Всё равно статью заменят потом на 118-ю, а потом дело и вовсе прекратят…

Я все же решил нанять адвоката. А там и следователь сменился, при чём, никто не сказал, почему, поставили перед фактом, и всё. Новый следователь говорила, что нужно уговаривать потерпевшую сторону, соглашаться на 118-ю статью… Ни я, ни мой адвокат этого не хотели. Я же не считал себя виноватым…

В декабре мой адвокат попала в больницу… Ничего не было известно на тот момент, условный срок меня ждёт или реальный. Потом, буквально за два дня до Нового года, меня вызывают и говорят, что 118-я статья не проходит, тут явно 111-я, часть 2, с пунктом «з».

— А Ваш адвокат так и не вышла из больницы? Как же дальше дело было?

— Нет, она вышла, и дальше продолжала ходить на судебные заседания, но дело не сдвигалось с мертвой точки. И тогда, нежданно-негаданно, на помощь пришла Ассоциация «КЦ РОСС» в лице генерального директора ЧОП «Редут-СБ» Вячеслава Валентиновича Киселёва и его заместителя Виктора Васильевича Косинова. Им, как они мне сказали, позвонил из Москвы Председатель Правления Ассоциации «КЦ РОСС». Вскоре мне наняли ещё одного адвоката. И с этого момента из своих денег я ничего уже не платил. Оплата судебных издержек осуществлялась за счёт средств, которые собирал КЦ РОСС.

bolovin_andrey_5

На фотографии с Андреем слева Вячеслав Валентинович Киселёв, справа — Виктор Васильевич Косинов

— Как на Вас вышла та газета, из которой, собственно, в КЦ РОСС и узнали о Вашей беде?

— По знакомству, они узнали, что произошло, рассказали своим знакомым… Хрупин Александр Иванович, который обо мне написал, как-то раньше соприкасался с нашим предприятием, поэтому меня знал хорошо… Вот и решил написать статью.

bolovin_andrey_10

— А с Ассоциацией «КЦ РОСС» как у вас знакомство произошло?

— Я же даже не знал, что кто-то за меня вступился… И про КЦ РОСС не знал. На первое заседание приехал заместитель Председателя Правления Ассоциации «КЦ РОСС» Юрий Васильевич Покидов и заместитель председателя ЦС УПК РОСС Александр Зигмундович Колясинский, целая делегация… Я совсем не ожидал. Мне была оказана не только огромная финансовая, но и моральная, и духовная поддержка. Меня поддержали не только в родном городе, но и по всей России…

— О Вас говорили, писали?

— Поначалу нет, но потом всколыхнулось как-то… Газета «Коммуна», «Блокнот Воронеж», газета «Моё»…. По каналу «НТВ» передача вышла, там, правда, меня в открытую объявили преступником… Родственники, которые живут в Чите, увидели меня, родителям моим сообщили, а я естественно, родителям ничего не говорил, они у меня старенькие, отец мой — инвалид по зрению, а мама, ее уже сейчас нет, в феврале этого года умерла… Вот они увидели, что, мол, сын — преступник, и, когда пресс-секретарь из Москвы, полковник, не помню фамилию, на всю страну сказала, что всё доказано, у меня был злой умысел, я приехал с пистолетом, специально, осознавая всю тяжесть последствий, взял и выбил человеку глаз… Даже не могу сказать, что я тогда почувствовал, и что можно было подумать…. Родители же, по старинке, верят, что если по телевизору говорят, значит – правда… Там так четко было сказано…. Отцу я сразу позвонил, конечно, выйдя из зала суда, тяжело было, переживали все родственники…

Остальные же, кто писал обо мне, говорили только хорошее, что не могло не радовать, не поднимать настроение…

— А Ваша семья, Андрей? Как они всё восприняли?

Переживали, конечно, все. Ребёнок у меня уже взрослый, служит в воздушно-десантной дивизии во Пскове, звонил, интересовался, приезжал, чтобы побыть со мной, поддержать. Да у меня уже и внук есть… Все верили в мою невиновность, но знали, что меня могут посадить, и, в конце концов, посадили бы, если бы не помощь…

Ведь и за адвокатов надо было платить, кроме всего прочего… А потом ещё и адвокат потерпевшего в разговоре упомянул о «компенсации»… Семь миллионов, представляете, первая цифра прозвучала! Но официально позже иск они подали на четыре с половиной миллиона. Мотивируя это тем, что преступление доказано, но, я оговорюсь, что ничего доказано не было. Все доказательства «плавали»… Свидетели «плавали». Странно было, что и сам потерпевший молчит. Он мою фамилию знал, а какие у него ко мне претензии, ни разу внятно сказать не смог… Все кто присутствовал на заседаниях, и родственники, и друзья, и сослуживцы, все спрашивали, за что же меня, собственно, судят-то… Но, опять же, повторюсь, с того момента, как в моей судьбе стала принимать участие Ассоциация «КЦ РОСС», когда помогали мне всем миром, лично сам я уже ничего не платил. Да и не смог бы.

bolovin_andrey_7

— Хорошо, а если бы Вы не согласились на «мировую»? Не согласились платить?

Меня бы осудили по 111-й статье. Видео, на котором следствие, якобы, однозначно увидело, что я наношу удар карабином по лицу потерпевшего, стало основным аргументом обвинения, опровергнуть которое было невозможно.

Я знаю, что за счёт собранных средств, в Москве была проведена экспертиза видеокадров, однако, она не смогла дать однозначного заключения, что я не бил потерпевшего, а лишь косвенно укрепила позицию защиты о том, что отсутствовали кадры соприкосновения карабина с лицом потерпевшего.

Таким образом, обвинение располагало, по их убеждению, «железобетонным» доказательством, тогда как защита опиралась «только» на показания свидетелей.

В этой ситуации адвокаты совместно пришли к выводу, что единственный надёжный способ спасти меня от тюрьмы — это добиться переквалификации статьи на 118, часть1, и добиться примерения сторон.

В результате, с адвокатом, Вадимом Юрьевичем, которого мне КЦ РОСС помог нанять, и с Маргаритой Николаевной, моим первым адвокатом, мы начали разговаривать с защитой потерпевшей стороны. И, с миллионов, сумма упала до 500 тысяч.

bolovin_andrey_9

— А до того, как дело было передано в суд, Вы не пытались сами договориться с «потерпевшим»?

Да, пробовал. Не 500 тысяч, правда, а 450… 150 сразу, и 300 — в течение 4-5 месяцев. Встретиться с ним, кстати, тоже было непросто, полтора месяца я пытался его уговорить. Наконец он пришёл, и не один, а с адвокатом. Я его спрашивал, помнит ли он хоть немножечко, что было, и в чем его вина, но он отнекивался, говорил, что был пьяный, выпил литр водки, а может, и больше. Вообще не хотел общаться, всё на адвоката переводил… И потом сказал, что сумма, которую я озвучил, его не устраивает. Требовал 2 миллиона 550 тысяч. А как бы я такую сумму набрал? Я действительно хотел оплатить его лечение, озвучил ту сумму, которую мог бы собрать, тогда еще матушка была жива, родственники помогли бы. А он мне заявил, что работает рубщиком мяса, и в месяц зарабатывает 150 тысяч, так что мои копейки ему, сами понимаете…

А потом узнал, что потерпевший попал в отдел полиции за какой-то очередной пьяный дебош, кстати, три раза, в общей сложности, в течение года его задерживали, и даже это его не остановило. Я подумал, что он и второго глаза может лишиться, если ничего такого человека не останавливает. И о чём с ним можно говорить тогда…

— Чем же, в итоге, всё закончилось?

— Поступило прошение со стороны потерпевшего о замене статьи. 111-я, часть вторая была заменена на 118-ю, часть 1, а она предусматривает примирение сторон в зале суда. Он написал мне расписку, что претензий ко мне более не имеет, потому что я полностью возместил ему материальный и моральный ущерб.

Счастливый финал

Все очень ждали 10 октября. На этот день было намечено последнее заседание. Но никто не знал того, что сказал мне Андрей. Секретарь в суде назвала его «везучим». Оказывается, на 5 октября, (предпоследнее заседание суда), был вызван конвой… То есть, Андрея могли бы посадить. Увести прямо из зала суда. Слава Богу, что этого не случилось.

10 октября, когда с Андрея были сняты все обвинения, он даже не смог подождать письменного решения суда, которое, по словам судьи, через 3-4 часа ему бы выдали на руки. Он просто хотел побыстрее уйти, настолько опустошен он был всем этим долгим и мучительным процессом. Он и сейчас не верит до конца, что все закончилось. Говорит, что, когда получит решение по почте, вот тогда, наверное, вздохнет спокойно.

— Я до конца жизни буду бесконечно благодарен всем, кто не остался в стороне, — говорит Андрей. — Охранное сообщество всей России всколыхнулось. Например, даже не помню, какая-то фирма с Ростова, одна из первых перечислила 50 000 рублей. Мне даже звонки поступали, с Перми, к примеру. Звонил бывший военнослужащий, простой человек, служил в Афганистане, потом работал в ГБР, и говорил, что у него была практически такая же ситуация, и, если бы не дорогие адвокаты, то сидеть бы ему в тюрьме. Он перечислил три или пять тысяч и сказал, что надеется, что мне они действительно помогут…

Как мы знаем теперь, они действительно помогли…

bolovin_andrey_4

Для сведения

На банковскую карточку поступило 115 800 рублей, на лицевой счёт – 493 050 рублей.

Дарья Подчезерцева, ГардИнфо

С материалами по делу Андрея Боловина можно ознакомиться на нашем сайте:

  1. Назначили… обвиняемым (+видеоматериалы)
  2. P.S. Назначили… обвиняемым. Дело Андрея Боловина
  3. Юрий Покидов: Боловина назначили крайним
  4. Спасём Андрея Боловина! Официальное обращение Председателя Правления Ассоциации «КЦ РОСС»
  5. После летнего перерыва возобновилось рассмотрение дела в Железнодорожном районном суде г. Воронежа по обвинению охранника Боловина А.И.
  6. Спасибо всем, кто не стал стоять в стороне

Комментариев к “Андрей Боловин: Я до конца жизни буду бесконечно всем благодарен… (+видео)” - 2

  1. Повезло парню,что за него вступилась ОРГАНИЗАЦИЯ. К сожалению такой Андрей в нашем бизнесе не один и очень многие из них вынуждены выбираться в одиночку. Судя потому что Андрей уложился в собранную сумму «родной» ЧОП его слил.

  2. Мои поздравления Андрею с благополучным выходом из передряги! Парню реально повезло.
    Надеюсь типичная ситуация заставит задуматься охранников, работодателей и правоохранителей о той ответственности, которая лежит на каждом из них в этой ситуации и, может быть, пересмотреть свои подходы к ней, мерам ответственности и социальной защищенности частной охранной пехоты.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.