Фронтовые байки… Смех сквозь пули

Люди, прошедшие войну, — кладезь замечательных историй, забавных и грустных, поучительных и невероятных. Лишь малая часть этих историй где-то опубликована или записана, в основном они живут лишь в памяти ветеранов, их близких и потом так и уходят вместе с ними. А как хочется, чтоб не уходили: ни люди, ни их истории…

В преддверие Великого праздника Победы, Вашему вниманию реальные, может чуть-чуть приукрашенные рассказчиками, истории времён Великой Отечественной войны.

original (6)

Легкая добыча))

Две очень похожих истории:

История 1. 41-й год. Тяжелый танк КВ-1 («Клим Ворошилов-1») заглох на нейтральной полосе. Немцы долго стучали по броне, предлагали сдаться, но экипаж отказался. (Этот неподбиваемый танк фрицам очень нравился: на трофейных машинах они рисовали кресты и воевали против нас). Тогда немцы зацепили КВ двумя своими легкими танками, чтобы оттащить нашего богатыря в свое расположение и там без помех вскрыть. Но когда начали буксировку, наш танк завелся (видимо, имел место «запуск с толкача») и потащил немецкие танки в наше расположение. Немцы повыскакивали из люков, и КВ приволок добычу к нашим позициям.

История 2. Расказал эту историю наш водитель. Дед его во время Отечественной танкистом служил, механиком-водителем на доблестной «тридцать четверке» воевал. Машина эта в те времена была чудом техники, Гансы за ней охотились дабы разобрать и какое-нибудь «ноу-хау» спионерить. Так вот по существу… После крупного танкового сражения (уже не помню где) на поле боя среди гор покореженной техники застрял танк нашего героя. Застрял по пустяковой причине: срезало ему гусеницу, да и застрял он в грязи.  Экипаж гусеницу-то натянул, да выбраться не может, так как новая проблема — сели аккумуляторы и не заводится. Сидят, ждут подмогу, матерятся.  Как я уже говорил, очень немцам танк этот нужен был, даже отпуск внеочередной давали, кто его притащит в плен или как металлолом. А в отпуск кому же не хочется? Да еще когда вроде бы брошенный танк посреди поля стоит? В общем, на «Тигре» подкатили, буксир привязали, дернули… Заводили машину с «толкача» когда-нибудь? Знакомо? Вот наши-то под шумок передачу-то и включили… Бензиновый движок «Тигра» для вида попробовал потягаться с советским дизелем, но тщетно (владельцы дизельных джипов поймут), да и башня нашего «34-го» все-таки вперед была повернута, пушкой прямо немцам в затылок.
В общем, съездили в отпуск… Наши)))

Самый боевой заголовок

Во время советско-финской войны после успешно проведенной атаки на одном из участков фронта оказавшийся на передовой корреспондент отправил в свою фронтовую газету бойкий репортаж. Для очередного номера многотиражки редактор придумал фанфарную шапку: «Наши красноармейцы выБИли до батальона белофиннов!» Но при наборе в типографии никто и не заметил, что в третьем слове наборщик случайно поменял местами две средние буквы «Б» и «И». Самый ужас в том, что в таком виде был отпечатан весь тираж. Редактора от тюрьмы спасло чудо. «Криминальный» номер попался на глаза маршалу Буденному. Семен Михайлович, прочитав шапку, остался доволен: «Очень боевой заголовок газеты!» Потом, чуть задумавшись, добавил:

— Только слово это, по-моему, пишется через «е»…

История с географией
Рис. Кукрыниксы

Не будите во мне зверя!

«13 июля 1941 года из района Песец, красноармеец Овчаренко вез боеприпасы для 3-й пульроты, находясь от своего подразделения в 4-5 километрах. В этом же районе на красноармейца напали и окружили две автомашины в составе 50 германских солдат и 3-х офицеров. Выходя из машины германский офицер скомандовал красноармейцу поднять руки вверх, выбил из его рук винтовку и начал учинять ему допросы.

У красноармейца Овчаренко в повозке лежал топор. Взяв этот топор, красноармеец отрубил голову германскому офицеру, бросил три гранаты вблизи стоящей машины. 21 германский солдат был убит, остальные в панике бежали. Вслед за раненым офицером, Овчаренко с топором в руках преследовал его и в огороде м. Песец, поймал его и отрубил ему голову. 3-й офицер сумел скрыться.

Тов. Овчаренко не растерялся, забрал у всех убитых документы, у офицеров карты, планшеты, схему, записи и предоставил их в штаб полка. Повозку с боеприпасами и продуктами доставил вовремя своей роте…»

Провидцы

Гвардии сержант Федор Ларин до войны работал учителем в Чернухинском районе Горьковской области. Он знал с первых дней: его не убьют, он вернется домой, но в одном из боев получит ранение. Так и случилось. Земляк Ларина старший сержант Василий Краснов после ранения возвращался в свою дивизию. Поймал попутку, которая везла снаряды. Но внезапно Василия охватило странное беспокойство. Он остановил машину и пошел пешком. Беспокойство отпустило. Через несколько минут полуторка напоролась на мину. Раздался оглушительный взрыв. От машины, по сути дела, ничего не осталось.

А вот рассказ бывшего директора Гагинской средней школы, фронтовика Александра Ивановича Полякова. В годы войны он участвовал в боях под Жиздрой и Оршей, освобождал Белоруссию, форсировал Днепр, Вислу и Одер.
– В июне 1943 года наша часть дислоцировалась юго-восточнее Буды-Монастырской в Белоруссии. Вынуждены были перейти к обороне. Вокруг – лес. У нас окопы, у немцев – тоже. То они в атаку идут, то мы.
В роте, где служил Поляков, был один солдат, которого никто не любил, потому что он предсказывал, кто когда и при каких обстоятельствах погибнет. Предсказывал, надо отметить, довольно точно. При этом говорил очередной жертве так:
– Пиши письмо домой, пока не убили.
Тем летом после выполнения задания в роту пришли разведчики из соседнего подразделения. Солдат-предсказатель, глянув на их командира, сказал:
– Пиши домой.
Старшине объяснили, что тучи над ним сгустились. Тот вернулся в свое подразделение и обо всем рассказал командиру. Комполка посмеялся и отправил старшину за пополнением в глубокий тыл. И надо же такому: в машину, на которой ехал старшина, случайно попал немецкий снаряд, и он погиб. Ну а провидца в тот же день нашла вражеская пуля. Свою смерть он предсказать не смог.

Наглядный военный обзор (ноябрь — декабрь 1942 г.)
рис. Бор. Ефимова

Забрали, всё забрали!

— Единственная моя фронтовая фотография, — продолжает Юрий Сергеевич, — была сделана в польском городе Сампольно. Поначалу переговоры с местным фотографом не давали результатов, на все просьбы он отвечал: «Нема ниц, вшистко герман забрал» («Ничего нет, все забрали немцы»). Только когда мы предложили мастеру мешок сахарного песку и половину свиной туши — из трофейных запасов, — все сразу нашлось, и фотографии были готовы на следующий же день.
Лучшей валютой были продукты, мыло, полотенца, нижнее солдатское белье, топоры и лопаты. Но нам выдавали и злотые, правда, не пользующиеся спросом. Мы убедились в этом в деревушке со странным названием Воля Огрызкова, которое было написано на дорожном указателе латинскими буквами. Хотели купить у селян самогон и чего-нибудь съестного. У одного из домов мы увидели пожилого пана и, поздоровавшись, начали переговоры:
— Пан, у тебя вутка до пшедання есть? («Есть водка на продажу?»)
— Нема ниц, вшистко герман забрал. («Ничего нет, все немец забрал».)
О чем бы мы ни просили, даже напиться воды — в ответ звучала стандартная фраза. Наконец один из наших произнес:
— А совесть у пана есть?
— Нема ниц, вшистко герман забрал! -Мы встретили этот ответ дружным хохотом.

У ворот Восточной Пруссии
Гитлер: Мой генерал, посмотрите в бинокль — далеко ли русские?
Рис. Кукрыниксы

«За поднятие боевого духа»

История рассказана моим отцом, участником ВОВ (к сожалению, не дожившего до наших дней).
Было это в 1945 году. Великая Отечественная шла к концу. Наши войска уже продвигались по Западной Европе. У дороги показался указатель с надписью «Веrlin 100 km». И что-то в этой надписи было как-то совсем не по-нашему. То ли строгий готический шрифт, то ли надпись на языке уже по сути поверженного врага, то ли высокомерная аккуратность у пыльной дороги. Всё это не хотела принимать душа советского солдата. Нашёлся среди них шутник, который исправил ситуацию, дописал внизу: «Х.. ня — дойдём!». И сразу стало веселее! проходят мимо указателя измученнные сражениями, всеми тяготами и лишениями бойцы и их усталый угрюмый вид сменяется улыбками, неизвестно откуда беруться силы бодрее идти вперёд.
В это время по дороге проезжал кто-то из высокого начальства и поинтересовался причиной внезапного веселья. Прямым текстом содержимое надписи доложить никто не решился, пришлось самомоу ехать почитать «первоисточник».
Прочитав текст надписи, немедленно потребовал вызвать шутника к себе.
Делать нечего, пришлось нашему герою сознаться в содеяном, не смотря на серьёзный вид высокого чина с большими звёздами на погонах. Не перекладывать же свою вину на боевых товарищей! Уже был готов понести суровое наказание по законам военного времени, как неожиданно для всех был представлен к награде с формулировкой «За поднятие боевого духа».
Вот такой счастливый конец у этой истории того сурового времени.

Итак, господа,прошло битых три года.
Рис. Кукрыниксы

Во время Второй мировой войны немцы на территории Голландии в большой секретности построили макет аэродрома. Самолеты, ангары, автомобили, средства ПВО — все делалось из дерева. Но в один из дней прилетел английский бомбардировщик и сбросил на псевдо-аэродром единственную бомбу, после чего строительство аэродрома прекратили. Прикололись англичане: бомба была деревянная! А дальше было еще интересней. После того, как англичане сбросили деревянную бомбу, немцы решили, что англичане теперь знают про «деревянный» аэродром и решили поставить настоящие самолеты, …ведь они их всё равно за макеты примут! Через два дня после перебазирования немецких самолетов, англичане снова разбомбили этот аэродром. Но уже настоящими бомбами. В конце бомбардировки был сброшен свиток со словами: «А вот это уже другое дело!»

— Потеряла я колечко… (а в колечке 22 дивизии)

В тяжёлых боях под Сталинградом участвовала 28-я армия, комплектовавшаяся под Астраханью. С лошадьми уже к тому времени была напряжёнка, поэтому и выдали верблюдов! Необходимо отметить, что корабли пустыни весьма успешно справлялись со своими задачами. А верблюд по кличке Яшка даже участвовал в битве за Берлин в 1945.

Встреча на дне Чудского озера
Рис. Ю. Узбякова

Наша рота была готова к атаке, и бывалый сержант заметил, что у одного новобранца нервы явно сдали. Он был бледен, зубы стучали, а коленки выделывали совсем непонятные фигуры.
— Сердюков, — сержант употребил несколько «вдохновляющих» выражений, — это ты трясешься или твоя подлая шкура?
— Нет, нет, сержант, это трясусь я, но не за себя, а за противника, который еще не знает, что я уже здесь!

Как пчелы солдат защитили 
Рассказал полковник в отставке Виталий Мороз:

— Это было под Смоленском, в начале войны. Немцы наступали, мы окапывались, готовясь к длительной обороне. И вдруг налетела вражеская авиация — самолетов столько, что неба не видно. Наши позиции они быстро сровняли с землей. Пришлось отступать.
Мой вконец измученный взвод остановился на отдых в небольшой деревушке. Для ночевки выбрали крайний дом, поближе к лесу — на всякий случай. В избе было небогато, но зато нас угостили свежим медом. Один мой солдатик — деревенский паренек Вася Клюев — даже заплакал: “Прямо как дома, у деда на пасеке”.
…Проснулись мы от стрельбы и гортанной немецкой речи. Кругом — шум, взрывы… Думаем, все: или смерть, или плен. Что делать? Мы — в окошко, да к лесу помчались. Немцы — за нами. И все стараются нас от дороги оттеснить, чтоб загнать в болото.
Вдруг выбежали мы на поляну. Кругом — пчелиные ульи. Видно, именно с этой пасеки нас вчера медом угощали. И такое все кругом мирное: пчелы жужжат, одуванчики дрожат на ветру… Я даже подумал: “Если уж суждено умереть, то лучше здесь!”
Но тут тот самый деревенский Вася Клюев встрепенулся и как заорет: “Уходите за ульи, быстрее, быстрее!” Мы не поняли, что он задумал, но побежали дружно. Залегли. Смотрим, наш Вася ползает между пчелиными домиками, с одних крыши сбрасывает, по другим просто винтовкой стучит и бормочет, бормочет что-то, как молитву.
Тут как раз на поляне немцы появились. Опять стрельба началась — от ульев только щепки полетели. “Клюев, сюда!” — кричим мы Васе. А тот залег где-то в траве и молчок.
И вдруг мы слышим, автоматные очереди заглушает какой-то нарастающий гул. Самолеты? Да нет вроде. И тут видим, как тучи пчел начали вылетать из каждого улья, собираясь над поляной в один огромный гудящий рой. Рой этот поколыхался немного в воздухе и вдруг с бешеным гулом ринулся к лесу. Мы прямо глазам своим не поверили: не обращая на нас никакого внимания, пчелы полетели прямо к немцам.
Каждый из фрицев быстро стал превращаться в гудящий черный клубок. Стрелять, конечно, никто из них уже не мог, слышались только вопли и стоны. Это зрелище так завораживало, что мы даже не сразу сообразили, что нужно скорее бежать. Некоторые из моих бойцов встали в полный рост, уставились на немцев и молча наблюдали, как наши русские пчелы расправляются с захватчиками.
Если бы не это “секретное оружие”, мы бы тогда ни за что не попали к своим. С тех пор я верю в могучую природную силу этих насекомых и все свои болячки только медом лечу.

Как Джульбарс ходил к фрицам  
Рассказал Михаил Петрушин. Во время войны — рядовой, вожатый служебных собак учебно-опытного батальона:

— Наш батальон готовил для фронта собак: подрывников, минно-розыскных, ездовых, санитарных, а главное — собак связи. Этих дрессировать приходилось дольше остальных, потому что использовали таких собак исключительно на передовой.
В мае 44-го меня отправили в Псковскую область, в распоряжение 1-й Ударной армии 3-го Прибалтийского фронта. Штаб нашего батальона стоял в маленькой рощице в трехстах метрах от переднего края. Днем ни до передовой, ни до штаба полка не добраться: открытое поле все простреливалось. Связь только по телефону. Но по кабелю ведь документ или секретную схему не передашь. Выручали собаки. Вожатый ночью проводил пса по маршруту, а тот потом в любое время пробегал по нему уже самостоятельно.
Поначалу пришлось доказывать, что собаки — надежные связные. Бывало, пишу пустяковую записку, даю своему псу команду: “Пост!”, и тот бежит к моему напарнику, который ждет в штабе. А потом, получив послание, читает записку моему командиру по телефону.
Когда нам уже стали доверять, то стали посылать с собаками любые документы. И вот однажды был очень напряженный день. Несколько раз пришлось отправлять документы с немецкой овчаркой Джульбарсом. Он по жаре весь день бегал в штаб полка и обратно. И когда в очередной раз вернулся, залез в окоп и залег на прохладную землю отдохнуть. А тут как назло приказ — еще одно секретное донесение передать: большой пакет со схемой обороны и передовых позиций батальона.
Ну, я иду к Джульбарсу. Он увидел меня, навстречу бежит, ласкается, а как только я пакет из-за спины достал, тут же в нору спрятался. Не хочет идти. Я его вытащил, пакет заложил во вьюк и дал команду: “Пост!”
Пес нехотя вылез из окопа, не спеша побрел и скрылся за кустами. Через минуту — звонок с переднего края: “Джульбарс перешел траншею и пошел к немцам!” Слышу, на передовой паника, командир отделения кричит: “Стреляйте в него немедленно!” А как стрелять, его же в кустах не видно! Тут мой сержант медленно так поворачивается в мою сторону и говорит: “Ну что, собаку под трибунал не отдашь, так что готовься сам!”
Сижу в блиндаже, грущу. Вдруг кто-то кричит: “Петрушин, Джульбарс твой вернулся!” А тот, оказывается, к немцам не дошел, в кустах походил, отдохнул и обратно крадется. Голову опустил, хвост поджал — знает, что виноват. Ну, тут уж я не выдержал: привязал его к дереву и, против всех правил дрессировки, отходил дрыном по бокам. Потом отвязал и снова даю команду: “Пост!” Джульбарс отбежал метров на двадцать, отряхнулся и опять — в те же самые кусты. Сержант мой прямо охнул от такой наглости. Все, говорит, теперь уж точно под трибунал пойдешь!
И что вы думаете? Прошло не более двух минут — а до штаба полка километра три было, — оттуда звонок: “Донесение получено!” Так я и не понял: каким маршрутом пес доставил тот секретный пакет? Видно, путь короткий знал.
Джульбарса потом так и прозвали — Трибунал. А часть моя, кстати, до сих пор существует. Это теперь Кинологический центр Минобороны, и питомник там есть — “Красная звезда” называется.

Летят утки

«Под Ковелем случился у нас чуть ли не рыцарский турнир с немцами, — вспоминал один фронтовик. — Причина была все та же — хотелось жрать. Сидя в мокром, грязном окопе, мы увидели пролетавших над нами уток. Пулеметчик бросился к спаренному зенитному «максиму» и открыл охоту. С немецкой стороны отозвался МГ, также стрелявший по заметавшейся под перекрестным огнем дичи. Несколько крякв упали на нейтральную полосу. Мы с пулеметчиком бросились за ними. И из немецких окопов к уткам двинулись два солдата. Подбежали мы практически одновременно и схватили по две утки. На земле между нами лежали еще несколько птиц. Чтобы они не достались противнику, мы бросились на них. Немцы, такие же пацаны, как и мы, не струсили и ринулись нам навстречу. Завязалась битва. В руках у нас ничего не было, кроме уток, которые и послужили и нам, и немцам в качестве оружия. Минут пять мы лупили друг друга пернатыми, пока не утомились. Остановившись, мы посчитали бесхозных птиц и молча разделили их с противником. В окопы вернулись облепленные перьями и измазанные утиной кровью. Вечером все ели утиный суп».

Mnenie-ochevidtsa

Рыба: После нападения на СССР немецкий подводный флот значительно возрос…
рис. Батьер.Бека

Как немецкий спирт с бензином выпили 
Фронтовую историю своего отца рассказал капитан запаса Василий Шпачков:

— Возвращаясь из госпиталя в расположение части, на одной забытой богом станции встретились два лейтенанта. Один — танкист, другой — пехотинец. Оба вторые сутки ожидали поезда в разбитом здании вокзала, греясь у печки-буржуйки.
— В такую погоду хорошо бы, — пехотинец щелкнул себя пальцем по горлу, — да где ж взять? Слышал, правда, тут недалеко стоит цистерна со спиртом — немцы бросили при отступлении. Так вот ведь гады, ни себе, ни людям — залили в нее бензин. Как наши мужики ни старались, так и не смогли спирт очистить. Пропало добро!
— А ну-ка, покажи, где эта цистерна, — оживился танкист.
— Зачем тебе, расстройство ведь одно!
— Плохо быть двоечником, пехота… Лучше найди ведро да воды в него налей.
Прихватив ведро и одолжив у обходчика старенький помятый самовар, они отправились на запасные пути искать ценный груз. Когда отыскали цистерну, танкист наполнил самовар спиртом и водой и размешал жидкость сломанной веткой:
— Подставляй-ка, лейтенант, котелок, — ухмыльнулся он, открывая кран самовара.
— Нет уж, сам пей эту бурду!
— Да-а, видно, с химией в школе у тебя было слабовато… Смотри: удельный вес бензина меньше, чем воды, поэтому он весь наверх и поднялся, а спирт в этой воде растворился. Значит, мы с тобой почти чистую водочку пить будем. Ну что, за Победу, пехота!

История современная, но уходящая корнями в прошлое…

Сочи, Мацеста. Подъезжает к корпусу автобус с туристами. Как выясняется — немцы, почти все пенсионеры. Туристы вываливают из автобуса и, на ходу расчехляя фотоаппараты, спешат на территорию Мацесты. Но есть одно «но»! Думаю, вы видели автоматические ворота: обычно они ездят по металлическому уголку, который торчит на пару сантиметров из дороги. Так вот немцы доходят до этого уголка, спотыкаются и падают, прямо плашмя (наши люди так не падают), — реакции у следующих друг за другом никакой, продолжают падать.

Один упал, второй, третий.

Переводчик-гид, видя это гиблое дело, останавливает группу и говорит: «Ахтунг, ахтунг! Здесь препятствие!».

Группа остановилась, все дисциплинированно посмотрели и спокойно прошли, никто больше не упал. Мой товарищ, глядя на это, откомментировал:

— Не пойму, и как они в 41-м по Советскому Союзу столько прошли…

Аллея славы

 

 

 

Комментариев к “Фронтовые байки… Смех сквозь пули”: 4

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

2 + 1 =