Александр Козлов: «В бизнесе — как на велосипеде. Остановился — значит упал»

В сентябрьском номере журнала «Мир Безопасности» презентована новая рубрика «Персона».   Рубрику открывает интервью-диалог с лидером охранного сообщества, членом общественной палаты, председателем Правления ФКЦ РОС — Александром Михайловичем Козловым. 

Kozlov_mb

 

***

Глава ФКЦ РОС, член Общественной палаты России Александр КОЗЛОВ в интервью «Миру безопасности» рассказал о перспективах частной охраны.

В этом номере «МБ» мы презентуем рубрику «Персона». Здесь будут публиковаться большие и максимально откровенные интервью с теми людьми, которые непосредственным образом влияют на развитие в России негосударственной сферы безопасности и, в частности, частной охранной отрасли. То есть с основными игроками на этой площадке – лидерами крупных охранных холдингов, профессиональных объединений, представителями государственного регулятора — Росгвардии, отраслевыми аналитиками и экспертами. Круг их не так уж велик и им, безусловно, есть, чем поделиться с читателями «МБ». А нам есть, о чём их спросить. Итак, мы начинаем.

Kozlov_MB_ 00

Время — работать!

Первой персоной станет Александр Козлов. И не только потому, что он избран членом Общественной палаты РФ и его всё чаще называют лидером частной охранной отрасли России. Пожалуй, трудно найти в стране человека, более чем он погружённого в специфику частного охранного бизнеса, знающего его в деталях и на всех уровнях отстаивающего его интересы. Причём, делает он это не «на эмоциях», а с цифрами и фактами в руках. Игнорировать которые сложно. Собственно, поэтому к нему не только прислушиваются, но и слышат. На самых разных уровнях.

В августе мы отняли у Александра Козлова полтора отпускных часа, чтобы поговорить о насущных проблемах отрасли.

На одном языке

Александр Михайлович, у нас в стране новый политический сезон традиционно начинается в сентябре. Но перед тем как перейти к тому, чего ждёт от него негосударственная сфера безопасности, давайте подведём итоги сезона минувшего. Он проходил под знаком 25-летия отрасли. Многое по этому поводу было сказано и написано. А если оценить ситуацию без юбилейного лоска, по рабочему?

— В этом юбилейном году де-факто произошёл переход частной охранной деятельности под ведение нового регулятора – Росгвардии. И, пожалуй, всех нюансов и последствий этого перехода в 2017 году мы оценить ещё не успеем. Почему? Потому что впервые с таким коротким плечом частная охранная отрасль замкнулась на регулятора, который одновременно является выразителем и защитником интересов, прежде всего, вневедомственной охраны, ФГУП «Охрана». И который в определённой степени контролирует деятельность ведомственной охраны.

С одной стороны совершенно логично сведение в стране всех видов охраны (за исключением ФСО) под крышу одного государственного ведомства. А с другой это порождает очень интересный и ранее не испытанный прецедент. Собственно говоря, потому отрасль и напряглась. В большинстве своём представители частной охраны ничего радостного для себя от такого шага, честно сказать, не ждали и не ждут. Хотя некоторый осторожный оптимизм появился после проведённого в Ярославле межведомственного совещания по вопросам частной охранной деятельности и обеспечения сохранности оружия, куда были приглашены представители отрасли. Поводом для такого оптимизма стало не только блестящее выступление заместителя директора Росгвардии генерал-полковника полиции Сергея Анатольевича Лебедева, но и то, что он ставил очень понятные и актуальные для нас вопросы. Было видно, что он ориентируется в рынке охранных услуг, и хочет понять какие-то дополнительные детали.

Kozlov_MB_ 02

Сургут. Спартакиада памяти Игоря Голощапова

— Он начал говорить с вами на другом языке?

— Он начал говорить с нами на одном языке! Откликаясь на вопросы, от которых МВД традиционно уходило, заявляя, что они лежат за пределами их полномочий. Прежде всего, это вопросы формирования цен на охранные услуги, на которые, соответственно, завязаны и вопросы качества услуг, и вопросы оплаты труда. Лебедев совершенно открыто сказал, что эти вопросы им близки и понятны, и они готовы участвовать в обсуждении проблем, лежащих именно в этой плоскости. Как это будет получаться, посмотрим.

Между тем, в последнее время мы видим, что вневедомственная охрана, я бы даже так выразился, перешла на рынке охранных услуг в наступление. Из регионов нам приходит информация о том, что подразделения вневедомственной охраны получают задачи по увеличению количества объектов, подлежащих пультовой охране. И для увеличения числа таких объектов используются самые различные способы.

К примеру, недавно мы направили главе Минстроя письмо с просьбой отменить СНИП – свод норм и правил, который говорит о том, что здания школ должны оборудоваться помещениями для охраны с оборудованием канала передачи тревожной информации. А в СНИПе написано, что передавать её надо в службу 112 или полицию (вневедомственную охрану). Вневедомственная охрана в таком случае реагирует просто: господа, вы обязаны создать этот канал! А канал передачи тревожной информации для вневедомственной охраны – это кнопка тревожной сигнализации (КТС). Они такую кнопку устанавливают и реагируют на основании договора. Так что, будьте любезны, заключите с нами договор. Во многих регионах служба 112 на сегодняшний день ещё не создана. Поэтому вневедомственная охрана обращается в прокуратуру, которая прямо обязывает школы заключить подобные договоры. Соответственно, после этого школа расторгает договор с частной охранной организацией, мотивируя это тем, что у неё нет лишних денежных средств, и перезаключает договор с вневедомственной охраной.

На наш взгляд, данное требование СНИПа, во-первых, нарушает действующее законодательство, предоставляя необоснованные преимущества одному из участников рынка. А, во-вторых, если там написано «служба 112 или полиция (вневедомственная охрана)», то, руководствуясь этой логикой, и служба 112 должна брать с нас деньги за то, что мы звоним и просим о помощи! Получается, надо платить и пожарным, когда мы выводим на их пульт тревожную сигнализацию. Да и скорая помощь тогда может заявить свои финансовые претензии…

— Бред какой-то!

— Вот именно. С ЧОПами расторгают договор под предлогом того, что его нужно заключить с вневедомственной охраной. А мы говорим: господа, позвольте – школа обязана организовать канал передачи тревожной информации в службу 112 или полицию. В данной ситуации, если у школы есть такая техническая возможность, я на месте директора учебного заведения просто просил бы дать территориальный орган внутренних дел, куда эту информацию можно передавать. Всё это делается под эгидой антитеррористической защищённости. Но государство не может и не должно требовать проводить мероприятия, которые связаны с заключением договора. И, тем более, понуждать к оплате по какому-то договору. Нарушается логика…

Вы ставили этот вопрос в Ярославле?

— В своём выступлении я поднимал похожие вопросы. Но в рамках регламента, увы, было бы проблематично перечислить все проблемы отрасли. На самом деле их очень много. К тому же, этот СНИП писала не Росгвардия, почему мы и пошли таким путём, через Минстрой. Здесь вневедомственная охрана просто по формальному признаку должна пояснять, что она работает только на основании договора. В данном случае нормативный документ был подготовлен неправильно.

— Весной на круглом столе в пресс-центре «Парламентской газеты» вы и ваши коллеги говорили, что молчание Росгвардии затянулось, и уже хотелось бы услышать от госрегулятора какие-то сигналы… В Ярославле это молчание прервалось?

— В общем-то, да. Выступление генерал-полковника полиции Лебедева было очень интересным и симптоматичным. Собственно говоря, если раньше мы задавали себе вопрос «Who is мистер Лебедев?», то сейчас у нас, по крайней мере, появилось представление о нём, как о человеке. В области вневедомственной охраны он, безусловно, профессионал. Видно, что он рос в этой плоскости, и здесь для него нет тёмных пятен. В любом случае это лучше, чем человек, пришедший со стороны и не разбирающийся в охранной специфике.

— В недавнем прошлом лицензионно-разрешительные структуры чётко озвучивали свою позицию, которая состояла в том, что они не намерены вмешиваться в экономику охранной деятельности, в такие проблемы отрасли, как демпинг, низкие тарифы на охранные услуги и т.д. Вы почувствовали, что эта позиция может перемениться?

— Конечно. Лебедев прямо сказал, что они готовы участвовать в решении проблемы низкой зарплаты сотрудников частных охранных организаций. Он понимает, что низкие расценки не позволяют платить нормальную зарплату. Конечно, он знает далеко не все наши проблемы и беды. И, может быть, даже в чём-то смотрит на нас с позиции вневедомственной охраны, ФГУП «Охрана». Но главное, он не боится обсуждать эти вопросы. На 28 сентября мы планируем в Общественной палате заседание именно по вопросам ценообразования на охранные услуги. И очень надеемся, что на нём будет присутствовать представитель Росгвардии.

Kozlov_MB_ 03

На праздновании 25-летия частной охраны в Общественной палате РФ

Регламентировать механизмы содействия

— При Росгвардии сформирован новый состав Координационного совета (КС) по вопросам частной охранной деятельности. Высказываются осторожные надежды на то, что он станет той площадкой, где будут решаться реальные проблемы отрасли. Но оправдаются ли эти надежды? Не получится ли так, что КС ограничится обсуждением вопросов, связанных с содействием частной охраны правоохранительным органам в обеспечении общественного порядка?

— Если бы я был председателем КС, то мог бы что-то гарантировать… Но плюс уже в том, что поменялось название – теперь это Координационный совет по вопросам частной охранной деятельности, а не только по взаимодействию с правоохранительными органами. Само название расширяет круг вопросов, попадающих в орбиту внимания КС. А как там будет – посмотрим. Отдадут приказом состав Координационного совета. Будут сформированы комиссии. То, что мы будем поднимать на этой площадке все вопросы, которые нам интересны, можете не сомневаться. Как они будут рассматриваться, и насколько эффективна будет реакция на них, покажет время. Как и то, насколько активно будет участвовать в работе КС его председатель, поскольку от него очень многое зависит. Мне трудно это прогнозировать. Я, как и большинство читателей журнала «Мир безопасности», с Сергеем Анатольевичем Лебедевым ранее не пересекался. И пока что формирую своё впечатление на основе заседания, которое прошло в Ярославле.

— Отныне оказание содействия в обеспечении общественного порядка – не право, а обязанность частных охранных организаций. Но трактовать это содействие можно по-разному. Не кажется ли вам, что здесь нужны механизмы, чётко прописанные на бумаге?

— Я выскажу своё личное мнение. Даже с учётом того, что содействие правоохранительным органам из права превратилось в обязанность, смена регулятора с МВД на Росгвардию сыграла положительную роль. Объясню, почему.

Раньше руководитель территориального лицензионно-разрешительного подразделения входил в структуру милиции общественной безопасности и непосредственно подчинялся начальнику полиции либо его заместителю по охране общественного порядка. И, конечно, на пожелание начальника срочно выделить чоповцев на какое-то мероприятие либо организовать патрулирование, реагировал соответствующим образом. Противодействовать такому административно-командному нажиму он если и мог, то с большим трудом. Все закрывали глаза, что это не оформлялось соглашениями, что чётко не были определены обязанности охранников на том или ином мероприятии, что не назначались старшие от территориального органа внутренних дел, и охранники фактически были отданы на откуп сами себе.

Теперь всё будет несколько иначе. Соглашение о подключении частной охранной организации к охране общественного порядка будет трёхсторонним. Третьей стороной будет Росгвардия, поскольку центры лицензионно-разрешительной работы (ЦЛРР) на местах начальнику полиции ни в коей мере не подчиняются. И на руководителя ЦЛРР в большей степени теперь возлагается задача контроля за содержанием данного соглашения с точки зрения права. Чтобы МВД, пытаясь привлечь частную охрану к обеспечению общественного порядка, не переходило грань. И я скажу, что в Москве такой пример уже есть.

В Центральном административном округе столицы я пока ещё юридически возглавляю некоммерческое партнёрство «ГРОС «Центр». ГРОС – Гильдия руководителей охранных структур, куда входят около ста организаций. В течение полутора лет мы каждую пятницу выделяли по 20 человек на обеспечение общественного порядка возле Московской соборной мечети на проспекте Мира. Там задачи для охранников были ясны. Главное, чтобы туда нельзя было зайти, минуя арочный металлодетектор. И чтобы после молебна люди не выходили на проезжую часть. Но когда всё заканчивалось, охранники зачастую оставались один на один с посетителями мечети. Потому что ОМОН садился в автобус или вообще уезжал, полиция тоже куда-то «испарялась», и охранникам было очень тяжело, когда люди пытались перелезть через барьеры и выйти на проезжую часть…

На новогодние праздники мы сделали перерыв. В это время как раз поменялся регулятор. И когда снова пришла заявка о выделении охранников, мы согласовали этот вопрос с Росгвардией и попросили полицию чётко расписать регламент. Вплоть до того, кто и до какого часа будет находиться на месте событий от правоохранительных органов, что должны делать охранники и т.д. Но поскольку такого регламента нет, охранники до сих пор не выделяются. Видимо ответственному сотруднику ГУВД не захотелось возлагать на себя дополнительное бремя. Вот один из примеров, когда Росгвардия сказала: мы готовы согласовать этот вопрос, но в оцеплении вместе с охранниками должны стоять сотрудники полиции. И если человек не согласился с требованием, предъявленным охранником, разбираться с ним далее должен полицейский. Привлечение сотрудников охраны в данном случае позволит существенно сократить на этом объекте количество сотрудников полиции. Но при этом мы просим, чтобы установленный регламент чётко исполнялся. Раньше об этом никто даже не заикался. Начальник ЦЛРР просто взял бы под козырёк, а директорам ЧОПов ничего бы не оставалось, как молча выполнить его просьбу…

— На одном из недавних отраслевых мероприятий депутат Госдумы Анатолий Выборный недвусмысленно напомнил о том, что принудительный труд у нас в стране запрещён. Или он должен кем-то оплачиваться. Кем? Ведь большинство ЧОПов в стране сегодня и так работают на грани рентабельности, и для них такая благотворительность дорого обходится…

— Я прекрасно понимаю, что гораздо больше «лайков» смог бы заработать, если бы заявил: «Да, конечно, нам очень тяжело, и не надо нас дополнительно напрягать…» Но, сам прокомандовав 18 лет частной охранной организацией, я совершенно уверенно заявляю: каждая минута труда охранника, когда он оказывает содействие правоохранительным органам, оплачивается за счёт средств частной охранной организации. Безусловно, если это не оплачивается какой-то иной стороной. Я не знаю ни одного случая, когда бы МВД, когда оно было регулятором, а теперь Росгвардия, оплатили привлечение частной охраны к обеспечению общественного порядка. Хотя были единичные случаи, когда оплату производили муниципальные органы.

Мне трудно представить ситуацию, когда мы могли бы сказать, что надо в принципе запретить привлечение охранников к обеспечению общественного порядка, если за это не предусмотрено оплаты. Потому что есть достаточно большое количество крупных охранных организаций, моих коллег, с которыми я дружу, и они, я уверен, откровенно скажут: «В определённых объёмах я помогал, помогаю и готов помогать дальше».

— Но это просто сознательность директоров ЧОПов, многие из которых вышли из силовых структур и правоохранительных органов, их гражданская ответственность. По-другому – социальная ответственность бизнеса…

— Безусловно. Отрицать эту сознательность и запрещать её я бы тоже не стал. Некоторые крупные охранные организации учреждают фонды содействия охране общественного порядка, то есть помогают деньгами. Кто-то занимается ещё каким-то меценатством. Если руководитель той или иной охранной организации содействует решению проблемы, с которой сталкивается территориальный орган МВД или Росгвардии, и делается это на добровольных началах, не по принуждению, я не вижу здесь чего-то такого, из-за чего надо кричать «Ужас-ужас». Это и есть социальная ответственность охранного бизнеса.

Конечно, я за то, чтобы любая дополнительная работа частной охраны оплачивалась. И необходимость такой оплаты, кстати, способствовала бы тому, что нас реже бы привлекали в «добровольно-принудительном» порядке. Если бы такое привлечение запретили официально, вопрос снялся бы автоматически, потому что денег на эти цели МВД никто не даст. Но мой личный опыт говорит и о другом. Когда наши охранники участвуют в каких-то значимых мероприятиях, в том числе по охране общественного порядка, у многих из них, как говорится, глаза горят! Но, разумеется, не в том случае, когда он неделю отстоял на посту, а ему «дали пинка» и отправили на патрулирование. Тогда глаза гореть не будут.

Но когда ему удастся во время такого патрулирования кого-то задержать, оказать реальное содействие полиции, для обычного охранника это, поверьте, много значит. Это поднимает и внутреннюю самооценку, и престиж профессии.

— Не пора ли ставить вопрос о том, что частный охранник, оказывающий содействие полиции, должен иметь какие-то социальные гарантии в случае получения увечий или, не дай Бог, гибели? Может быть, стоит ввести эту норму в готовящийся законопроект о частной охранной деятельности?

— А мы это делаем, такая законодательная норма предусматривается. Я согласен, что подход здесь нужен только такой. Беседуя недавно с одним из высокопоставленных сотрудников Росгвардии, я прямо сказал, что изменение формулировки с права на обязанность частной охранной организации в отношении содействия правоохранительным органам, влечёт за собой и многое другое. Мы, может быть, ещё сами не осознали, какое бремя и какую ответственность это предполагает со стороны государства. Раз закон нас обязал оказывать содействие правоохранительным органам, значит, регулятор должен чётко регламентировать все механизмы этого содействия. В том числе, обеспечить социальную защищённость частного охранника. У него, как у военнослужащего или сотрудника полиции, одна жизнь и здоровье, у него такая же семья. И, рискуя собой, он должен знать, что, в случае чего, он будет защищён государством. Поэтому совместно с регулятором мы будем работать в направлении обеспечения социальной защищённости наших сотрудников.

Kozlov_MB_ 04

Рядом с легендарным командиром группы «А» Геннадием Зайцевым

Или мы измельчаем, или научимся решать серьезные задачи 

— Возвращаясь к готовящемуся профильному закону, позволю себе напомнить, что некоторые профессионалы отрасли опасаются, что он будет лоббировать интересы крупных охранных структур. Дескать, в этих целях разрешается и субаренда. В этой связи мелкие ЧОПы опасаются, что «крупняк» их если и не задушит, то отнимет часть прибыли. Вот и омбудсмен в сфере НСБ господин Лыкин опасается за судьбы малого бизнеса в отрасли

— Охранный бизнес в России – это преимущественно малый и средний бизнес. Но у меня есть опасение, что если частная охрана в ближайшие лет пять не сможет доказать, что она способна решать серьёзные задачи, она вся станет малым бизнесом. Даже не малым, а мелким! Мы и сейчас-то искусственно дробимся, чтобы оставаться в нише упрощённого налогообложения. Вот и выступая в Ярославле, генерал-майор полиции Веденов сообщил, что в связи с тем, что частная охранная организация не смогла выставить указанное количество людей на один из матчей Кубка конфедераций, уровень опасности был повышен до «жёлтого».

А у нас действительно практически нет крупных охранных организаций, которые могли бы одновременно выделить на обеспечение того или иного мероприятия хотя бы по сто человек, и это будут тысячи подготовленных охранников, способных решать серьёзные задачи. Но с нынешними низкими расценками на охранные услуги всё это неосуществимо. Пока мы не решим вопрос по установлению минимальных цен на охрану, смешно говорить о серьёзном укрупнении. Чтобы крупный бизнес пришёл на охрану бюджетных объектов, прежде всего, надо поднимать расценки. Так что проблем здесь на самом деле много. Но если мы хотим доказать, что частная охрана способна решать серьёзные задачи, и надо сокращать перечень объектов, установленный 587-м постановлением правительства (перечень объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется. – «МБ»), нам, прежде всего, надо самим демонстрировать свою профессиональную состоятельность. Этот перечень и так потихонечку сокращается, но мы вряд ли можем требовать его полного упразднения. Ибо нас тут же спросят: а вы способны обеспечить безопасность таких объектов? И нам придётся честно ответить: нет. Не надо обманывать ни себя, ни других: есть задачи, которые на сегодняшний день мы решать пока не способны.

Хотя наряду с этим есть и некоторая предубеждённость по отношению к нам со стороны государственных чиновников. Есть целый ряд случаев, когда собственные огрехи при организации правопорядка на массовых мероприятиях сотрудники полиции пытаются списать на частную охрану. Дескать, те не доглядели. В последнее время стало модным даже несвоевременное прибытие пожарного расчёта списывать на «происки» охранников: или долго не пускали, или поздно вызвали…

Эти бездоказательные утверждения, к сожалению, нередко тиражируются в СМИ. Всё это есть. И я для себя это тоже прекрасно понимаю. Но я считаю, что альтернативы укрупнению частных охранных организаций в России сегодня нет. Иначе они деградируют и «усохнут» до мелких охранных структур, даже не имеющих служебного оружия (некоторые коллеги и сегодня заявляют: дескать, зачем мне оружие, и без него себя неплохо чувствую!). Тогда под угрозой окажется само существование института частной охраны. Останутся частные вахтёры, сторожа… Те, кто объединены сегодня единым понятием САВОК (сторожа, администраторы, вахтёры, операторы, контролёры). Либо мы будем укрупняться и работать над тем, чтобы решать серьёзные задачи.

— И всё же некоторые директора ЧОПов побаиваются перспектив разрешения субаренды на охранном рынке…

— Законы бизнеса объективны. Точно так же, как законы физики. Неважно при этом, чем ты занимаешься – частной охраной или частным извозом. На рынке выживает сильнейший. Недавно я участвовал во Владивостоке в работе Координационного совета. Встаёт человек и рассказывает, как в одном из райцентров Приморского края «обидели» охранную организацию, которая добросовестно работает там аж с 1992 года. А тут пришли конкуренты из Владивостока и стали вытеснять их ценами и качеством услуг. Я говорю ему: «Подожди, дружище, если ты уже 24 года сидишь в своём райцентре и не растёшь, не развиваешься, то чему тогда удивляться и на что жаловаться?» Конечно, рано или поздно тебя «подвинут»! Ведь в бизнесе, как на велосипеде: если остановился – значит, упал. Чего обижаться-то? Чего жаловаться уполномоченному по защите прав предпринимателей? Конкуренцию никто не отменял. И если охранная организация, имеющая точно такую же лицензию, выигрывает конкурентную борьбу, это никакой не «наезд» на малый бизнес. Просто эта организация развивалась, а ты всё это время сидел на печке…

А сколько примеров, когда наши коллеги становились директорами «карманных» ЧОПов в банках, и когда банк лишался лицензии, оставались не у дел. Только разводили руками: что мне теперь делать, за мной же люди… Подожди, господин хороший, ты 20 лет сидел на одном банке и в ус не дул. А другой недосыпал, рисковал, вкладывал деньги в развитие, привлекал клиентов, проводил рекламные кампании. И теперь ты кричишь: «Спасите малый бизнес!» Честно говоря, я такого подхода не понимаю и не принимаю.

— Есть известная присказка – «лежать на должности». То есть занимать должность, но не проявлять служебного рвения, не особо отягощать себя выполнением должностных обязанностей. Для армии и правоохранительных органов, откуда вышли многие руководители ЧОПов, это тоже характерно…

— Всё верно. Будучи в погонах, мы получали оклад денежного содержания. Нам платили не за то, что мы сделали, а за то, что мы состоим на службе. А в бизнесе так не бывает. Здесь надо чего-то добиваться и развиваться.

Kozlov_MB_ 05

На «Деловом завтраке» с членом Ассоциации «КЦ РОСС»

Без «Хотелок»  

— Сегодня подготовлено сразу два проекта закона о частной охранной деятельности. Можно ли свести их в один? Возможен ли компромисс между их разработчиками? Когда начнёт работать «примиренческая» комиссия, о необходимости создания которой говорил господин Выборный?

— Я убеждён, что нельзя выбрасывать вместе с водой ребёнка. Из каждого из законопроектов надо брать лучшее. Но, прочитав оба законопроекта, я пришёл к выводу, что законопроект, подготовленный директором Научно-исследовательского центра (НИЦ) «Безопасность» Олегом Владимировичем Климочкиным, гораздо лучше отражает чаянная частного охранного сообщества. Не буду скрывать, что я и сам к нему руку приложил, попросив внести туда те проблемы, которые меня волновали, когда я был руководителем ЧОО. Наверное, и поэтому мне этот законопроект ближе.

Что касается активно раздуваемой все эти годы темы телохранителей, выведения их в некую особую профессиональную касту с отдельным документом и полномочиями, то у меня на сей счёт такое мнение. Я руководил не самой маленькой охранной организацией. И для меня, как директора ЧОО, сотрудник может быть сегодня телохранителем, а завтра он прокололся, и я отправил его на стройку сваи охранять! Для меня он, прежде всего, охранник. Высококвалифицированный, обученный по специальной программе, но – охранник. Если он не соглашался охранять сваи, то писал заявление и увольнялся. И законодательное выделение его в какую-то отдельную категорию, на мой взгляд, ничем неоправданно. По этой логике надо точно так же выделять охранников-инкассаторов или охранников массовых мероприятий. Принимать для них отдельный закон. Но это обычные «хотелки»…

Я спрашивал многих своих коллег: «Давай начистоту, тебе нынешний закон запрещает заниматься телохранительством?» И почти все ответили: нет, не запрещает. «Влияет на качество услуг?» Нет, не влияет. Если телохранители грамотно готовятся, то и работают они грамотно. А если ты не умеешь этим заниматься, то и с новым законом у тебя это не получится.

— Не кажется ли вам, что над новым законопроектом Климочкина висит тень 272-го федерального закона, одним из разработчиков которого он был десять лет назад?

— Не кажется. Во-первых, нужно чётко понимать, что учредителями НИЦ «Безопасность» стали три организации – Общероссийский профсоюз НСБ, Общероссийское объединение работодателей и СРО «Школа без опасности». Именно их пожеланиями он руководствуется, прекрасно понимая, кто формирует заказ, и чего в этом смысле хотелось бы достичь. А потому не стоит думать, что рукой вчерашнего полковника милиции водит МВД или Росгвардия. Да и уволился он не вчера, успев поработать в тех структурах, где сами беспокоятся о своём бюджете.

Конечно, у Олега Владимировича есть собственные убеждения, представления, предпочтения. Через некоторые из них он не будет переступать в готовности спорить и отстаивать свою точку зрения. Он не будет слепо исполнять чью-то волю. И, как говорится, слава богу. Откровенно говоря, я не заметил, чтобы над ним что-либо довлело. Некоторые из позиций, предложенных им в законопроект и отвергнутых нами, были даже более либеральными, чем у нас…

Kozlov_MB_ 01

Когда оружие — в надежных руках

Три кита отрасли  

— Вы не раз отмечали, что в отрасли сформировались три основных института, собственно и являющихся обязательными её атрибутами. Это профсоюзы, саморегулируемые организации и объединения работодателей. Давайте пройдёмся по каждому из этих институтов.

Начнём с профсоюзов. Некоторые руководители охранных предприятий прямо говорят о том, что это откровенная имитация. Под маркой профсоюзов решаются какие угодно вопросы, только не вопросы защиты интересов частных охранников. Вам как-то помогли профсоюзы, когда КЦ РОСС отстаивал в суде права охранника Боловина, которого обвиняли в превышении должностных полномочий и умышленном нанесении тяжкого вреда здоровью? Как вообще вы оцениваете деятельность профсоюзных организаций?

— Профсоюз, который возглавляет Дмитрий Евгеньевич Галочкин, в некоторой степени помогал. Информация по Боловину размещалась, в том числе, в его средствах массовой информации. В результате мы смогли собрать более-менее приличную сумму, которой хватило на оплату серьёзных профессиональных адвокатов. Собственно, благодаря им и удалось отстоять Боловина. Ведь когда он прибыл в суд, там его уже ожидал конвой. Только адвокаты вынудили противоположную сторону пойти на примирение.

Если же говорить о профсоюзах, как об отраслевом институте, то достаточно сильный профсоюз создан в охранном сообществе Санкт-Петербурга. Он традиционно играет там первую скрипку. Мы создаём сейчас в Питере региональное отраслевое объединение работодателей, и его руководителю на фоне профсоюза набрать силу, стать вровень будет сложно.

Я знаю несколько крупных охранных организаций, которые внутри себя создали первичные профсоюзы. И руководители таких ЧОО говорят, что им удобно решать определённые задачи именно через профсоюзные организации. В частности, задачи взаимодействия с органами исполнительной власти. Не все разделяют эту точку зрения. Я сам в период руководства охранной организацией, честно говоря, только в страшном сне видел бы наличие у себя профсоюзной организации! Но профсоюзное движение в отрасли, тем не менее, нарастает, и, хотим мы того или нет, речь может зайти о создании полноценного отраслевого профсоюза. Руководители охранных структур могут иметь на сей счёт какую угодно точку зрения, но они должны чётко уяснить, что препятствовать созданию профсоюзных организаций они не имеют права. Кстати, недавно представители охранного бизнеса одного из субъектов Федерации приезжали ко мне по поводу создания профсоюзной организации. И я твёрдо им пообещал, что не буду звонить своим коллегам-работодателям и просить их загубить эту инициативу на корню. Потому что это будет незаконно.

Как пойдёт дальше, не знаю. Если частные охранные организации начнут укрупняться, скорее всего, полноценные профсоюзы могут появиться. Другой разговор, как они будут выстраивать отношения с руководителями охранных структур. В том же субъекте Федерации, кстати, уже есть некий мифический профсоюз, который пытается выступать в роли третейского судьи. И когда директор ЧОО уволил проштрафившуюся сотрудницу охраны, руководитель этого профсоюза чуть ли не в 12 часов ночи звонил и требовал отчёт, почему сотрудник уволен без «согласования» с ним. Вот этого я категорически не приемлю. Таких горе-руководителей надо сразу ставить на место. Никто из руководителей охранных организаций шантажировать себя не позволит. Потому что за спиной у них большой профессиональный опыт, и решения они принимают, что называется, не с кондачка.

И, безусловно, не хотелось бы, чтобы эту нишу заняли люди, для которых создание профсоюзов в частной охранной отрасли стало реализацией неких личных коммерческих или карьерных целей.

— Перейдём к саморегулированию. В охранном сообществе была целая дискуссия о целесообразности существования этого института. Его оппоненты говорили о том, что СРО зачастую создают «под себя» с целью узурпации того или иного рынка. Даже господин Саминский, глава СРО «Школа без опасности», вынужден был признать, что саморегулируемые организации в отрасли создаются пока по ведомственному принципу, под конкретный сектор услуг: образование, здравоохранение, ритейл… Но что в этом плохого?

— Ничего! Я на самом деле убеждён, что саморегулируемые организации займут свою нишу именно по отраслевому принципу. По одной простой причине. Профессиональные стандарты и национальные стандарты (ГОСТы) будут развиваться далее по видам охранных услуг. А СРО будут способны выполнить свою миссию, как раз, если пойдут вперёд по отраслевому или ведомственному принципу. Привожу пример.

Можно по-разному относиться к саморегулированию, но вряд ли кто-то не согласится с тем, что появление СРО «Школа без опасности» обеспечило порядок в охране учебных заведений Москвы. И качество охранных услуг выросло в разы. Опять-таки по-разному можно относиться и к этой саморегулируемой организации, и к её руководителю. Но есть объективная реальность, отрицать которую невозможно. Сейчас аналогичная СРО создаётся для охранных структур, занятых в охране медучреждений. И я уверен, что если они удержат такую планку, на которую вышел Сергей Васильевич Саминский, это пойдёт только на пользу Департаменту здравоохранения Москвы.

Да, не решены пока многие другие проблемы, люди маловато получают. Но то, что качество охраны становится выше, очевидно. Так что оставьте профессиональные стандарты по видам услуг объединениям работодателей, а отраслевые стандарты оставьте саморегулируемым организациям.

Пример того же футбольного Кубка конфедераций говорит о том, что нам необходимо, в том числе при Министерстве спорта, создавать свою СРО. Я сам больше 10 лет занимался обеспечением охраны футбольных матчей, и знаю, что там очень своеобразный регламент. Охранник на спортивных мероприятиях должен иметь специальную подготовку. Он должен знать не только особенности объекта, но и особенности регламента, и многое другое. Если в этой области будет создана СРО, кому от этого будет хуже? Да, безусловно, это определённый дополнительный барьер для того, чтобы выиграть тендер и заключить контракт. Но, пожалуйста, учись! Какие проблемы?

— И всё же есть мнение, что частная охрана не способна к самоорганизации и, тем самым, к качественному саморегулированию. Тем более что в других отраслях народного хозяйства СРО разваливаются. После всплеска наступил определённый процесс стагнации. В частности, об этом с двух последних номерах «МБ» рассказал член Комитета по безопасности предпринимательской деятельности ТПП РФ, вице-президент СРО Ассоциация «Школа без опасности» Михаил Гаврилов…

— Пример той же «Школы без опасности» показывает, что СРО способна на многое. Дело ещё и в том, что если у заказчика есть желание получить качественную охрану, а не «откат», то СРО ему в этом поможет. А он, конечно же, поможет стать на ноги саморегулируемой организации. Если же заказчик или его уполномоченный представитель преследует только цель максимально снизить цену, потом прийти к хозяину, доложить и получить премию, ни о каком качестве говорить уже не придётся. К сожалению, очень часто происходит именно так.

По такому пагубному пути пошли и многие крупные частные корпорации. Это удивительно, но они сами загоняют охранные услуги в ценовой тупик, говоря о том, что у них, дескать, всё застраховано и особо тратиться на охрану нет смысла. Иногда хочется им сказать: господа, не охраняйте тогда вообще! Зачем делать вид, что вы закупаете охранные услуги, а охранным организациям изображать, что они вас охраняют?

— И, наконец, объединения работодателей. С какой целью они создаются, и чем они полезны отрасли? Вы говорили, что раньше создавать их мешала острая конкуренция. А разве сейчас она исчезла? Нет ли здесь противоречий?

— Объединение работодателей не является выдумкой частной охраны России. Такие объединения появились на Западе, прежде всего, в противовес профсоюзам. Когда профсоюзы набрали такую силу, что подчас ставили работодателей в тупик. Объединения работодателей в области охранной деятельности, прежде всего, ставят задачу выжить всей отрасли. О чём я говорю?

Та вакханалия (другого слова не подберу), которая творится с расценками по охране бюджетных объектов, когда стоимость суточного поста составляет порой 35-45 тысяч рублей в месяц, должна заканчиваться. Причём, представители Росгвардии поначалу думали, что ЧОПы выигрывают у ФГУП «Охрана», падая в цене, и были очень удивлены, что это не мы падаем в цене, а сам заказчик изначально предлагает нам такую цену!

Так вот, одна из основных целей объединений работодателей состоит в том, чтобы заставить государство согласиться с тем, что есть минимум, ниже которого ни в одном тендере цена за пост опускаться не должна. Ведь в одной стороны, государство в виде закона устанавливает в регионе минимальный размер оплаты труда, а с другой — оплачивает охранные услуги по ставкам, которые не позволяют заплатить охраннику самый обычный МРОТ. Для нормального человека это настолько понятная ситуация – нелогичная и бредовая, что двух мнений здесь быть просто не может. С одной стороны государство нас контролирует, требует платить налоги, а с другой… делает всё, чтобы мы не могли этого сделать. Это нонсенс!

Если мы сумеем установить минимальные ставки, ниже которых на торгах нельзя будет падать, то, пожалуй, это будет тем звеном в цепи, потянув за которое, можно вытянуть цель. А с другой стороны, я уже говорил, что если мы не сумеем укрупниться, то, в конечном счёте, можем потерять всю отрасль. Останется набор слабых, вечно грызущихся между собой частных охранных конторок, которые всерьёз воспринимать никто не будет.

Тонкости стандартизации  

— Необходимость стандартизации охранных услуг сомнений уже не вызывает. Но охранное сообщество разделилось на тех, кто выступает за некий единый усреднённый стандарт, и тех, кто доказывает, что стандарты должны быть специализированными – для охраны больниц, школ, банков, офисов и т.д. Вы на чьей стороне?

— Если вести речь о стандартах, то мы можем говорить только о стандартах по видам охранных услуг, которые описаны в соответствующем пункте закона. Если же мы говорим об отраслевых признаках, то вводятся не стандарты, а дополнительные требования. Например, СРО устанавливает требование, что школьный охранник должен иметь санитарную книжку. Как, например, продавец продуктов. Это не стандарт, а дополнительное требование в конкретном учебном заведении. Решат они лет через пять, что охранник должен прослушать базовый курс детской психологии, это тоже будет дополнительное требование.

Стандарты, прежде всего, призваны повышать качество оказываемых услуг по тем видам деятельности, которые разрешены законом. Рано или поздно – скорее рано, как только руки дойдут – мы встретимся с основными игроками и разработаем стандарт пультовой охраны. Вот это будет стандарт, который при его утверждении будет отдан приказом Росстандарта.

У телохранителей или сотрудников групп быстрого реагирования — профессиональный стандарт. А пультовая охрана — это определённое направление деятельности, к которому могут быть выработаны соответствующие требования. Как, скажем, к пятизвёздочной гостинице. И тогда можно будет говорить, что та или иная охранная организация стандартизировалась по направлению «Пультовая охрана», и получила свою категорию – образно говоря, три или четыре звезды. И точно так же, как в зависимости от уровня звёзд мы выбираем гостиницу, клиент будет способен выбирать охранную организацию.

С 1 ноября вступает в силу стандарт «Оценка опыта и деловой репутации частных охранных организаций». Там всё по баллам – от 0 до 100. Это стандартизация указанной позиции.

Возьмём, к примеру, полк Росгвардии, который охраняет несколько стратегических объектов – химкомбинат, плотину и периметр АЭС. Если вы будете доказывать командиру полка, что солдат, охраняющий один объект, должен отличаться от солдата, охраняющего другой объект, он вряд ли с вами согласится. Потому что боец – он и там, и сям боец. Как и охранник! А то, что касается особенностей того или иного объекта, ему доведут их в табели поста, в дополнительных инструкциях и т.д. Точно так же требования СРО надо чётко отличать от стандартов по направлениям оказания охранных услуг. И, прежде всего, сам работодатель должен определять, нужен такой стандарт или нет.

С пультовой охраной всё ясно? Какие ещё у нас направления охранной деятельности? Возможно, когда-нибудь появится стандарт «Охрана при транспортировке денежных средств». По факту мы понимаем, что речь идёт о стандарте работы инкассаторов. И тогда банк, выбирая среди перечня охранных организаций, к примеру, выяснит, что два участника конкурса из пяти имеют соответствующий сертификат Росстандарта. Который так и называется — «Охрана при транспортировке денежных средств». Потому что соответствующая комиссия выясняла, есть ли у них собственный бронированный транспорт, проходят ли инкассаторы обучение по специальной программе, обучают ли их тактике отражения нападения, и т.д. Им были выданы соответствующие документы о прохождении сертификации с таким-то количеством баллов. И банк смело может заявить, что к конкурсу на охранные услуги привлекаются охранные организации, сертифицированные в соответствии с таким-то стандартом. А отбор будет проходить на основании баллов, указанных в сертификате. Всем остальным – просьба не беспокоиться. Вот что такое стандарт, прежде всего!

СРО же, повторяю, может устанавливать дополнительные требования под конкретного заказчика. При этом частная охранная организация может быть одна, но она может состоять в СРО по охране школ, по охране больниц или по охране гостиниц. А ушёл от неё этот объект, она и из СРО вышла. Ей нет необходимости больше там находиться. Если же она сертифицировалась по теме «Пультовая охрана», вне зависимости от наличия такого вида деятельности, сертификат действует, скажем, три года.

О частной охране либо плохо, либо ничего 

— В числе проблем отрасли ещё и неумение выстраивать грамотную информационную политику. Представители НСБ постоянно жалуются, что обыватель не может отличить лицензированных охранников от «савокеров», и всех собак привычно вешает на ЧОПы. Тем самым частной охране наносятся имиджевые потери. Но чему здесь удивляться? Может быть, в отрасли учредили агентство «НСБ-информ», которое оперативно опровергает все поклёпы на частную охрану и пропагандирует её деятельность? Привлекли профессиональных журналистов, способных не бить по хвостам, а работать на опережение? Или хотя бы задумались над тем, как на базе нищих отраслевых СМИ сделать что-то конкурентоспособное? В конце концов, кто знает о том, что в охране Кубка конфедераций было задействовано более 6 тысяч частных охранников? Знают, увы, только талантливо сыгранного Бородача, которого нужно «понять и простить»…

— Определённые проблемы существуют и на этом направлении. К сожалению, ещё с «лихих 90-х» у наших СМИ господствует установка: о частной охране либо плохо, либо ничего. Если охранник в чём-то преступил закон, всё покажут и расскажут, вплоть до названия ЧОПа. А если охранник совершил подвиг, в лучшем случае его бодигардом назовут и затылок по телевизору покажут – как же, это реклама!

Как я уже говорил, стало модным и промахи государственных структур по привычке списывать на частную охрану. Защищаться при этом очень тяжело. Действует эффект презумпции виновности, поскольку доверия к словам чиновника или полицейского всегда больше, чем к словам представителя частной охраны. Выправлять ситуацию, безусловно, нужно. Но пока я не вижу большого интереса СМИ ни к нашей отрасли, ни к её проблемам. Как только начнёшь говорить журналисту, что в очередном скандале в «Пятёрочке» фигурирует не лицензированный частный охранник, а фактически самозванец, контролёр, у него пропадает всякий интерес. Ему как раз интересно заявить на всю страну, что это был охранник! Представители СМИ действуют по законам жанра, поскольку им нужна сенсация.

Тем не менее, интерес к нашей отрасли надо формировать. Надо предлагать свою повестку дня. И ФКЦ РОС намерен развивать работу в этом направлении.

Блиц

— Александр Михайлович, после такого большого интервью – маленький блиц, предполагающий короткие ответы. Итак, зачем вы пошли в Общественную палату?

— Здесь всё логично. Если уж я возглавил общероссийское объединение работодателей, и за мной стоит 708 тысяч частных охранников. Более миллиона с моими коллегами-руководителями и управленцами среднего и старшего звена. Общественная палата является инструментом защиты наших интересов.

— Среди отраслевых руководителей вы — один из немногих выходцев из Минобороны. Вы комфортно себя чувствуете в этом сообществе?

— Вполне. Я уволился из армии в 31 год. Поэтому уже гораздо больше проработал в частной охране, чем прослужил. И отрасль нашу вижу как на ладони. Но есть ещё одно обстоятельство. В охране я с 1986 года, поскольку после выпуска из военного училища попал в бригаду охраны Генерального штаба. И переход из государственной охраны в частную стал для меня вполне логичным и естественным. Мне не довелось служить во Внутренних войсках, но принадлежностью к матушке-пехоте я тоже горжусь. Иногда мои коллеги, узнав, что я не выходец из МВД, очень удивляются: «Как так, мы же с тобой говорим абсолютно на одном языке?!» Идёт ли речь о дознании или оперативно-розыскной деятельности. И вдруг выясняется, что я из Министерства обороны! Но время моей работы в частной охране позволило полностью врасти в тему.

— Только сейчас многие представители отрасли по-настоящему стали понимать ту большую роль, которую играл в развитии частной охраны прежний руководитель КЦ РОСС Игорь Александрович Голощапов. Но его традиционно считали человеком МВД, силовых структур. После его смерти у руля организации стали вы. Кем считать вас?

— Я бы хотел, чтобы меня воспринимали, как плоть от плоти представителя частной охранной отрасли.

— Как вы относитесь к тому, что вас называют лидером отрасли?

— Я благодарен Богу за то, что он дал мне два качества. Я совершенно не умею завидовать и не воспринимаю лесть. В романе «Как закалялась сталь» есть такая мысль: самые лучшие руководители выходили из тех, кто свою новую должность воспринимал не как новые возможности, а как бремя ответственности, ложащееся на плечи. Игорь Александрович Голощапов в своё время сделал очень важный шаг, который позволил КЦ РОСС занять лидирующее место в отрасли. Он отшагнул от своих учредителей, и остался только с КЦ РОСС. Его никто не финансировал, кроме людей, которые избрали его на эту должность. Поэтому КЦ РОСС в своё время «выстрелил». При должном развитии эта организация является самодостаточной. Для меня большая честь и ответственность – продолжать нести это знамя.

— И заключительный вопрос. Что вам не нравится в ваших коллегах?

— Они все разные. И в этом вся прелесть! Когда меня спрашивают о хобби, я в шутку отвечаю: коллекционирование хороших людей. Иногда встречаешься с такими удивительными людьми, которые могут зарядить тебя на целый год! Сейчас мы начали формировать региональные отраслевые объединения работодателей. И ко мне из регионов приезжают замечательные руководители охранных организаций, которые не входят в КЦ РОСС. Мы таких прекрасных людей упускаем! Это такой набор свежих мыслей! Такой кладезь собственных взглядов на развитие частной охраны! Пообщавшись с такими людьми, обретаешь второе дыхание. Работать хочется! Каждый из них силён в своём направлении. У каждого чему-то можно поучиться.

Единственное, чего я не люблю, это когда люди исповедуют бизнес ради бизнеса. И если в частной охране у него не получается, завтра он пойдёт торговать носками. Таких я не воспринимаю. Как и тех, кто делает фирмы-однодневки, участвует в торгах по любым расценкам, а потом закрывает фирму и уходит. У нас в КЦ РОСС таких точно нет. А, может, такие ко мне просто не приезжают. Я уважаю людей, которые сами себя уважают. Мне дороги люди, которые считают частную охрану своей профессией. Делом своей жизни.

Досье «Мира Безопасности» 

Александр Козлов родился 28 января 1963 года в семье офицера-пограничника. Детство проходило на Дальнем Востоке. В 1981 году призван в ряды Вооружённых Сил СССР.

В 1982 году поступил в Новосибирское высшее военно-политическое общевойсковое училище, которое с отличием закончил в 1986 году.

С 1986 по 1994 год проходил воинскую службу в должностях: заместитель командира стрелковой роты по политической работе, командир стрелковой роты Отдельной бригады охраны Министерства обороны и Генерального штаба ВС СССР. Уволился из Вооружённых Сил по собственному желанию в звании капитана.

С 1995 по 1997 год находился в должности начальника отделения Службы безопасности АО «Олимпийский комплекс «Лужники».

С 1997 по 2015 год работал в частной охранной организации на должностях: генеральный директор, исполнительный директор.

В 2003 году окончил Российскую академию государственной службы при Президенте РФ по специальности «юриспруденция».

С 2010 года по настоящее время – председатель правления Некоммерческого партнерства «Гильдия руководителей охранных структур «Центр» на общественных началах, а также заместитель председателя Координационного совета по взаимодействию с частными охранными организациями и частными детективами при УВД по ЦАО ГУ МВД России по г. Москве, член президиума Координационного совета по взаимодействию с охранно-сыскными структурами МВД России.

В феврале 2015 года избран на должность председателя правления Ассоциации «Координационный центр руководителей охранно-сыскных структур».

В 2016 году выступил инициатором создания и был избран руководителем Общероссийского отраслевого объединения работодателей в сфере охраны и безопасности «Федеральный координационный центр руководителей охранных структур» (ФКЦ РОС).

Член Комитета ТПП РФ по безопасности предпринимательской деятельности.

В 2017 году избран в Общественную палату РФ от некоммерческой организации Ассоциация «Координационный центр руководителей охранно-сыскных структур». Направление деятельности: «Общественный контроль: противодействие коррупции, контроль за деятельностью органов государственной власти и местного самоуправления, общественная экспертиза нормативных правовых актов, общественный контроль в социально-экономических сферах».

Женат, двое детей.

Беседовал Владимир Мохов*.

«МБ», 09/286/сентябрь 2017

moxov_MB

*Владимир Мохов — главный редактор отраслевого информационно-аналитического журнала «Мир Безопасности». В прошлом — военный журналист, полковник запаса. Лауреат премии города Москвы в области журналистики за 2013 год.

 

Один комментарий к: “Александр Козлов: «В бизнесе — как на велосипеде. Остановился — значит упал»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

8 + 2 =