Иван Коновалов: То, что ЧВК надо контролировать, уже напрягает

Сегодня частные военные компании (ЧВК) представляют собой огромный и прибыльный бизнес, процветающий во всем мире. Но пока не в России. Многим неясно: то ли ЧВК действуют параллельно вооруженным силам, то ли подменяют их, то ли конкурируют с подразделениями регулярной армии. Да и нужны ли они вообще? Об этом «Росбалту» рассказал Иван Коновалов, военный эксперт, директор Центра стратегической конъюнктуры.

Зачем нужны ЧВК

— Иван, в каких случаях использование «частных армий» уместно, целесообразно и идет не в ущерб безопасности страны?

— Частные военные компании — не замена регулярной армии. У них другие задачи. Они занимаются охраной вип-персон и отдельных объектов, подготовкой армейских, полицейских и спецподразделений, в том числе обучением работе на сложных системах вооружений, а также — сопровождением персонала различных компаний в «горячих точках», иногда оперативным планированием, и еще много чем. В России их часто воспринимают как некие «парамилитари» — военизированные организации, которые как бы исполняют те же самые функции, что и спецслужбы либо регулярная армия, но при этом не под флагом государства, а как частное предприятие. Это далеко не так.

На Западе ЧВК по преимуществу ставят себе совсем иные цели. У них очень разнообразный бизнес. Они не только предоставляют услуги по безопасности в тылу или районе боевых действий. У крупных ЧВК имеются IТ-подразделения, электронная и финансовая разведка и т. д. ЧВК — это не обязательно в кого-то стрелять. Там рэмбо не особо то нужны. Там необходимы специалисты в своем деле, в хорошей физической форме, психически устойчивые.

Например, известная британская компания Control Risk Group, созданная еще в 1970-х, начинала свою деятельность как фирма, которая решала ситуации с похищением людей. В частности, брала на себя функцию по выкупу — ответственность за то, чтобы клиент не погиб, и все связанные с этим сложности. Control Risk Group активно работала в Латинской Америке, где похищения в то время были очень распространены, а затем переросла в крупный концерн и свой бизнес диверсифицировала.

Часто говорят, что ЧВК — параллельная армия. Нет, это коммерческая структура, которая чаще всего работает в зоне повышенного риска и боевых действий в интересах того или иного клиента. Поэтому она и называется частной военной компанией, хотя на Западе все отпираются от этого и предпочитают название «частная компания по безопасности». Сути оно, правда, не меняет. Компания Blackwater, например, отличалась своим совершенно наглым поведением — откровенно вела боевые действия. За это и пострадала, и пришлось ей два раза сменить название. А ее создатель, бывший «морской котик» и апологет современного наемничества Эрик Принс в итоге ушел со своего поста, заявил, что разочарован, и создал новую компанию, которая базируется в Гонконге. Теперь этот американский специалист по частному бизнесу консультирует ЧВК Китая — потенциального противника США.

Так что представлять себе ЧВК только как контору, где люди с автоматическим оружием и на бронетехнике выполняют боевые задачи, не стоит. Все это тоже есть, но, по большому счету, на рынке эта деятельность почти не приветствуется. А за прямое участие в боях ЧВК может запросто потерять лицензию, если об этом станет известно. Такое возможно только если огневого контакта не избежать.

К примеру, так не раз случалось в Ираке, когда охранники из частных военных компаний, которые занимались, скажем, охраной штабов глав провинций, назначавшихся оккупационными властями, или охраной объектов инфраструктуры различных фирм, подвергались атакам повстанцев. Естественно, бойцы ЧВК занимали оборону и отбивались. Но наступательные действия сейчас ни одна из таких компаний не осуществляет.

Еще не так давно знаменитая южноафриканская компания Executive Outcomes была настоящей частной армией, которая за деньги проводила боевые операции по заказу того или иного правительства. Например, выиграла две войны в Анголе и Сьерра-Леоне, разгромив там повстанцев. Однако сегодня от этого уже отошли. Мир частного военного бизнеса сильно меняется.

— Но в каких-то моментах ЧВК все-таки могут подменять армию?

— Могут. Например, США давно и успешно используют частные военные компании, чтобы увеличивать свой контингент в Колумбии. Его присутствие там ограничено законом. Планка — до 800 чел. Поэтому Госдеп, желая усилить группировку, которая поддерживает действия колумбийской армии против повстанцев РВСК (Революционные вооруженные силы Колумбии) и других повстанческих и «наркобаронских» отрядов, привлек ЧВК к действиям в этой стране. Инструкторы военного контингента США тренируют там местные войска. На поле боя они не появляются. А ЧВК наоборот: они поливают с вертолетов и небольших самолетов отравляющим веществом поля с наркотической культурой. Их обстреливают с земли, они стреляют в ответ. Фактически, это боевые действия, война.

При этом если бойцы ЧВК гибнут, то не считаются боевыми потерями американской армии. Что очень важно для чувствительного к таким вещам западного электората. Госдепу такая схема удобна — можно иметь дополнительную военную силу и не отчитываться за потери. Одно дело — потери армии США в Ираке, а другое — еще бог знает где. Кстати, контрактники потеряли в Ираке намного больше, чем собственно армия, но их никто не считал. Одна только логистическая компания Kellogg, Brown & Root теряла по сотне сотрудников год.

Популярен тезис, что войска не должны быть задействованы на охране объектов, в повседневной рутине. На это лучше нанимать ЧВК. А войска пусть занимаются тренировками и боевыми действиями. В том же Ираке многие военные объекты США охраняли частные военные компании.

Когда-то армии и спецслужбы всех стран мира занимались охраной послов, посольств и вообще всего дипломатического корпуса. Но в США и Великобритании давно от этого отказались в пользу ЧВК. Да, на подобной работе традиционно присутствуют морпехи, но на самом деле большую часть функций на себя берут частные военные компании. Популярен и другой бизнес — сопровождение в зоне боевых действий чиновников гуманитарных организаций, групп журналистов и т. п.

Кроме того, использование ЧВК полезно, когда нужно изменить стратегический военный баланс в том или ином регионе, но без привлечения вооруженных сил. Простой пример — действия компании MPRI, созданной американскими генералами, которые служили в Пентагоне и вышли в отставку. MPRI была нанята хорватской армией для ее подготовки, а затем спланировала знаменитую операцию «Буря». В результате, армия Сербской Краины была разгромлена. Потом американцы достаточно успешно использовали MPRI в Албании и Македонии.

— Специалисты говорят, что ЧВК — это еще и возможность для крупного бизнеса использовать вооруженную охрану, которая обеспечивает безопасность объектов за рубежом, например газо- и нефтепроводов.

— Это один из главных сегментов бизнеса частных военных компаний. После своего создания и выхода на рынок они часто перекупаются крупным бизнесом. Нередко ЧВК создают холдинги, пример — компания Academi (бывшая Blackwater) и другой гигант этого бизнеса Triple Canopi, которые на паритетных началах создали мегакорпорацию, куда входят порядка 20 компаний. Таким образом, получается, что транснациональные международные корпорации имеют в своей структуре частную армию, в составе которой есть самые разные специалисты, в том числе и летчики.

Наемников отделят от добровольцев

— У ЧВК есть даже своя авиация? Вертолеты?

— Чаще всего, но и легкие самолеты тоже. В ЧВК запрещено использовать бронетехнику, артиллерию и ударную авиацию. Но владельцы этих компаний обходят запрет — как это сделала Blackwater, переделав «Сессну» в легкий штурмовик и создав собственный броневик «Гризли», который выглядит как наш камазовский «Тайфун» и предназначен для перевозки сотрудников ЧВК: у него мощное дно против подрывов мин.

— Сколько всего бойцов у частных военных компаний?

— Суммарная численность ЧВК в мире — примерно 1 млн человек. При этом большинство их сотрудников не числятся в штате, а нанимаются для выполнения конкретных заданий.

— Сотрудников ЧВК часто считают наемниками. И вообще непосвященному человеку нелегко различить наемника, добровольца и бойца ЧВК. Какие у них принципиальные отличия?

— Очень простые. Доброволец — это идеологически мотивированный человек, он получает жалованье, но деньги интересуют его в меньшей степени. Наемник работает исключительно за деньги, причем — за большие деньги, и только в нелегальной зоне. Он — уголовник для законодательства и государства, на территории которого действует, и собственного. Сотрудник ЧВК же работает в компании, имеющей государственную лицензию.

Россия

— Существуют ли российские ЧВК? Говорят, что, несмотря на отсутствие соответствующего законодательства, они все-таки есть и ведут свою деятельность за рубежом, где выполняют ту же работу, что и их иностранные коллеги — от сопровождения судов, следующих через Аденский залив вдоль берега Сомали, до охраны объектов в странах Африки и  Юго-Восточной Азии.

— Да, существуют, но, можно сказать, в «серой зоне». Такие компании как Moran Security Group, «РСБ-Групп», «Антитеррор-Орел» и еще несколько десятков работают, исходя из правила: «Что не запрещено, то разрешено». То есть заключают субконтракты с западными ЧВК, имеющими лицензию, и на этом основании действуют вне России. Поэтому, например, оружие им приходится закупать там, а не здесь.

— В чем именно проблема с законодательством?

— По российским законам военный человек может работать только на государство. В законе «О частной охранной и детективной деятельности», который распространяется на ЧОПы, не прописана деятельность частных вооруженных структур за рубежом, а другого закона, который бы это регламентировал, нет. Хотя ЧОП — это фактически ЧВК, только действует эта компания внутри страны.

Несколько раз такой закон уже пытались принять. В последний по времени раз — в марте 2016 г., когда депутаты от «Справедливой России» внесли в Госдуму проект закона «О частной военно-охранной деятельности». То есть сразу оговаривалось, что главное — это охрана и консалтинг. Тем не менее, закон не прошел.

— Почему? Что смущает?

— У нас вообще не очень хорошо воспринимают ЧВК как таковые, потому что считают, что они ведут свое происхождение от отрядов наемников. На уровне исполнительной и законодательной власти главный вопрос — как их контролировать? Кто это будет делать и как? Такое впечатление, будто для государства это головная боль. Довод такой: необходимые задачи для государства армия, спецслужбы, силы специальных операций выполняют. А что ЧВК — коммерческое предприятие, которое может приносить доход государству и при этом работать в его интересах, понимания нет… Хотя необходимость частных военных компаний очевидна, если правильно ими управлять и контролировать так, как контролируют шпагу: «Сожмешь сильно — задушишь, отпустишь — улетит».

— Есть мнение, что против создания в России ЧВК выступают силовики, которые считают, что частные армии подрывают безопасность государства, которое должно иметь монополию на применение силы. Власть боится появления в стране независимых вооруженных подразделений, которые могут выступить против государства. Аргумент такой: нет гарантии того, что частные армии не выйдут из-под контроля.

— Это, конечно, вряд ли. Но само то, что ЧВК надо контролировать, уже напрягает. Можно создать схему, по которой они будут контролироваться. Но кем? В США это Госдеп, в Великобритании министерство иностранных дел, а в Испании министерство труда. А у нас предложения постоянно разные: то Минобороны, то ФСБ, то Минпромторг. К тому же у ФСБ, например, непубличная деятельность, а ЧВК работают в публичном поле, открытом для гражданского общества.

В ООН, кстати, ломают голову над той же проблемой: ЧВК как бизнес-структуры имеют право на закрытость информации касательно сделок — о прозрачности тут говорить сложно. Правила деятельности частных военных и охранных компаний регламентированы в принятом в 2008 г. «Документе Монтрё», который подписали 17 стран, в том числе США, Великобритания, Китай, Франция и Германия. Россия в их число не входит. Этот документ разрешает всем, кто не состоит на госслужбе, оказывать услуги по вооруженной охране объектов, обслуживанию боевых комплексов, подготовке военнослужащих и т. п. Формально к нему присоединились 300 компаний, но когда дело доходит до горячего в зоне боевых действий, то не думаю, что кто-то придерживается упомянутых правил.

— В каком формате ЧВК сегодня нужны России?

— Формат уже существует. Зачем изобретать велосипед? Западный опыт стоит воспринять, но с учетом отечественных реалий. В частности, у нас навряд ли будет, и на уровне правительства в том числе, понимание чисто коммерческих основ частных военных компаний. Здесь скорее предпочтут государственные интересы. Этот бизнес можно сравнить с военно-техническим сотрудничеством, или попросту говоря — торговлей оружием. В 1990-е годы она у нас лежала на боку. А когда отстроили структуру, маркетинг, работу с клиентом — все пошло вверх.

Так же и с ЧВК. Сегодня этот рынок поделен между британцами и американцами, причем США держат большую его часть. Но есть немало стран, где антиамериканские настроения преобладают. Они хотят видеть у себя военных специалистов из другого лагеря, например, российских. К примеру, недавно глава «РСБ-Групп» Олег Криницын заявил, что специалисты этой компании разминировали завод в Бенгази после официального обращения «тобрукского» правительства Ливии.

— Вы как-то сказали, что в России найдется 500 тысяч желающих стать сотрудниками ЧВК, хотя их суммарный штат составит несколько десятков тысяч человек.

— Полмиллиона — это как минимум. Я говорю о людях, которые будут проходить через это на основе ротации. Но у нас далеко не все представляют себе, что такое ЧВК. Это не ЧОП, где дедушка может охранять магазин, и не ситуация с отставным генералом, который хочет только указывать, а по сути ничего не делать. В ЧВК это не прокатит. Там отбор и отсев серьезный — тебя не автомат носить берут.

— Кстати, какой контингент там преобладает? Очевидно, в основном, офицеры, покидающие ряды вооруженных сил по достижении 45 лет?

— Есть люди и помоложе. Естественно, больше всего отставников из силовых структур. Но и просто специалисты в какой-то области, которые не были силовиками и не служили в российской армии. Очень, например, нужны демайнеры — саперы, которые по контракту занимаются разминированием территорий. Или переводчики.

Уже сегодня возможный годовой объем рынка ЧВК в России оценивается в сотни миллионов долларов. И если соответствующий закон будет принят, то работать туда пойдут десятки тысяч военных профессионалов, большинство из которых сейчас просиживают охранниками в офисах.

Сирия

— Прототипом российских ЧВК считается «группа Вагнера», действовавшая в Сирии. Что вы можете сказать о ней?

— Это раздутый миф о тех добровольцах, которые там воевали. ЧВК, как я уже говорил, —коммерческая структура, созданная, прежде всего, для зарабатывания денег. Здесь речь о другом — выполнении определенных задач в интересах государства. «Группа Вагнера» скорее добровольческое соединение.

— Есть мнение, что ЧВК нужны России, чтобы противостоять частным военным структурам, которые используют в «горячих точках» другие страны. И в Сирии в том числе.

— В Сирии зарубежных ЧВК фактически нет. Они туда не стремятся, потому что там для них нет зон, контролируемых дружественной армией. Они всегда опираются на какую-то большую силу, например, на американские войска, которые при случае можно вызвать на подмогу.

Известный случай — турецкая ЧВК SADAT, инструкторы которой с 2012 г. проводили в лагерях беженцев тренировку протурецких антиасадовских туркоманских группировок и действовали совместно с турецкими силами специальных операций на территории Сирии. Хозяин этой компании — теперь еще и военный советник Эрдогана, и занимается, между прочим, реформой армии после неудавшегося переворота… В курдских формированиях также немало добровольцев, которые сражаются против ИГ (запрещенной в РФ террористической организации — «Росбалт»).

Но вообще, если российские ЧВК выйдут на мировой рынок, то сразу же окажутся под сильнейшим давлением конкурентов.

— А где именно?

— Например, в Афганистане, в Ираке, который уже-де факто не является оккупированным государством, в странах Ближнего Востока, Африки и Юго-Восточной Азии. Скажем, почему российские предприятия, которые работают в Африке, охраняют местные вооруженные структуры? Пусть охраняют наши — это и надежнее, и деньги, опять же, возвращаются в виде налогов.

— Многие российские компании работают в «горячих точках». Например, «Лукойл» и «Газпром нефть» в Ираке. ЧВК могли бы взять на себя охрану их объектов…

— «Лукойл», насколько известно, нанимает зарубежные ЧВК. Среди тех частных военных компаний, которые получают от него в Ираке многомиллионные контракты по охране месторождений и персонала, нет ни одной российской.

— В марте 2016 г. командующий группировкой РФ в Сирии генерал Александр Дворников заявил, что отдельные задачи выполняются бойцами и на земле. По его словам, подразделения сил специальных операций (высокомобильные войска Минобороны) выполняют дополнительную разведку объектов для ударов авиации, занимаются наведением самолетов на цели в удаленных районах и решают «другие специальные задачи». Насколько во всем этом задействованы российские ЧВК?

— Сейчас их там нет тоже. Но дело в другом — привлечении дополнительных добровольцев. Пример — для разминирования Пальмиры нужно большое количество специалистов с опытом. А где их столько возьмешь? Половина уже давно в отставке. Вот их и привлекают на контрактной основе.

Украина

— В военном конфликте на Юго-Востоке Украины, помимо регулярных войск, с той и другой стороны участвуют и негосударственные бойцы: добровольцы, ополченцы, наемники, сотрудники частных военных компаний. Какие из них работают по контракту с киевским правительством?

— Начиная с февраля-марта 2014 г., на Украине действуют и официально зарегистрированы ЧВК из разных стран, прежде всего, польские, британские и американские. Они оказывают широкий спектр услуг по совершенствованию ВСУ, Национальной гвардии и других силовых структур. К примеру, работали там со структурами Коломойского. Его резоны понятны: в какой-то момент ему понадобилось создать частную армию, чтобы охранять свои объекты инфраструктуры и собственную персону. Коломойский решил привлечь специалистов со стороны и сделал ставку на западные компании такого рода.

Есть информация о том, что американская ЧВК Green Group привлекалась для подготовки штурмовых частей украинской армии. Многие иностранные ЧВК действовали в самом Киеве, охраняя местных предпринимателей и их бизнес, или для того чтобы отстроить им собственную структуру безопасности.

Был случай, когда Aсademi обвинили в том, их аффилированная структура Greystone действует на территории Украины непосредственно в зоне боевых действий. Подтверждения этому не было. Но Greystone всегда позиционировала себя как компания по типу Blackwater, и значит, исключать подобного нельзя.

— А как там с наемниками?

— Наемников тоже сколько угодно, но они сами по себе. Киев и ДНР-ЛНР взаимно обвиняют друг друга в использовании наемников — и в ВСУ, и у ополченцев. Что, по сути, является правдой. Эти люди там действительно воюют.

— Есть мнение, будто войска ВСУ стали более боеспособными, после того как их натренировали иностранные частные военные инструкторы. Вы согласны?

— Такие тренировки там проводят иностранные кадровые военные, а не сотрудники ЧВК. Даже ополчение признает, что уровень подготовки ВСУ повысился. Но я не верю, что иностранный инструктор может подготовить какую-то национальную часть хорошо, если она не мотивирована. Боеспособность ополченцев Донецка и Луганска сейчас в разы выше.

Еще момент: ЧВК надо платить. А у киевского правительства с деньгами туго. В то же время, американцы предоставляют военно-консалтинговую помощь на безвозмездной основе. Именно поэтому Украина добивается двустороннего статуса главного союзника США. Тогда она может попросить, чтобы ей прислали специалистов американских ЧВК. Эти контракты оплачивает Госдеп.

— На Украине говорят, что иностранные ЧВК не принимали активного участия в боевых действиях в Донбассе, потому что в ВСУ, Национальной гвардии и украинских добровольческих батальонах нашлось достаточное количество мотивированных бойцов…

— Причина в другом: там «частникам» пришлось бы напрямую участвовать в войне. А это не их работа. Я не исключаю, что были случаи, когда киевское руководство пыталось выдвинуть ЧВК на линию фронта и послать провести боевую операцию вместе с частями ВСУ. Но наверняка оно сразу получило отказ. Нормальная ЧВК не станет работать непосредственно на передовой.

— А со стороны ЛДНР?

— Единственный реальный случай, о котором появилось много информации, — действия «группы Вагнера». Но они тоже не участвовали в боевых действиях, не штурмовали Донецкий аэропорт, а работали в тылу. Если бы был закон о ЧВК, то донецкое и луганское правительства могли бы открыто обратиться к частным военным компаниям. А так всем приходится работать в «серой зоне».

Беседовал Владимир Воскресенский, Росбалт

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

5 + 6 =